Когда Борис появился в зале и проводил секретаршу к выходу, я поймала на себе злобный взгляд бондажиста. Мне не понравилась эта ситуация, и я напряженно размышляла, стоит ли сегодня поднять эту тему с Лавровым. Подумав, пришла к выводу, что сейчас лучше затронуть вопрос относительно Штейра, а по поводу Влады переговорить в другой раз. Ко мне подошла Никея в сопровождении молодого парня, словно сошедшего с глянцевых страниц мужского журнала. Мы обменялись с ней легкими приветственными поцелуями, пока я старалась смотреть на что угодно, только не на ошейник на этом подиумном красавце. Она заверила меня в том, что все готово и ситуация под контролем. Говорить о Юре сейчас не имело смысла, но по ее ободряющему кивку я поняла, что она прекрасно осведомлена о сложившейся ситуации и действительно разговор между ними имел место быть. Маховиков-младший пришел, как обычно, в сопровождении эффектной блондинки. На мой вежливый вопрос, почему только с одной, ответил, что намерен пополнить свою коллекцию экзотических бабочек на предстоящем аукционе. От меня не укрылся горящий взгляд Рианны, которая, согласно правилам дресс-кода, надела белоснежный ошейник. Ее симпатия была понятна, но вряд ли у золотого мальчика хватит ловкости переплюнуть ставки старших коллег, а за самую сексапильную сабу наверняка разразится нешуточная борьба. Алекса вообще наплевала на этикет и вела себя словно домина, по ошибке нацепившая белую кожаную полосу. Если это тактика для подогрева интереса, в целом неплохо. Других девчонок я пока что не заметила.
- Господин Лавров в кабинете, - проинформировал бармен. Я закончила приветственный ритуал и поднялась наверх, стараясь сделать это как можно незаметнее, но десятки взглядов в буквальном смысле прожигали мне спину. Это было настолько непривычно и тревожно, учитывая пережитый стресс, что я вздохнула с облегчением, прикрыв двери приемной. Меня гораздо меньше пугала перспектива оказаться один на один с альфа-хищником клуба. Может, нежность прошедшей ночи придала мне силы?
Я сделала над собой усилие и улыбнулась, глядя ему прямо в глаза. Он как раз повернулся на звук открываемой двери, а я ощутила слабый ток, побежавший по венам. Психика все еще щадила меня, поэтому приняла новую реальность с мужеством и достоинством. Отрицать не имело смысла. Я до безумия хотела этого мужчину. Рассудок не хотел понимать, что я не имею права его желать после всего того ада, через который он меня протащил за столь короткий промежуток времени, и тело было с ним солидарно. Я не застыла подобно соляному столпу, реальность казалась логичной и обыденной. Я просто любовалась им, ощущая нарастающее томление внизу живота, тишина прерывалась тиканьем часов и моим учащенным дыханием, пока я с упоением фиксировала каждую деталь его позы. Неизменный бокал коньяка в ладони. Царственная осанка, идеальная посадка темно-синего костюма под цвет сапфиров в моем ожерелье, внимательный взгляд, который еще не заполнила тьма. Ладонь со сверкающим перстнем, символом клуба, упирается в оконное стекло, за которым сгущаются сумерки. Из этого окна виден шпиль телевышки Госпрома, и к вечеру он подсвечивается ярко-синим. Завораживающее зрелище.
Мое женское тщеславие было удовлетворено, когда его взгляд задержался на мне. Я ловила свое отражение во всех зеркалах, ведь я их больше не боялась. Знала, что выгляжу сногсшибательно. Я не дрожала под его внимательным осмотром. Я была хозяйкой этого клуба и собиралась оставаться ею даже в уединении закрытого кабинета. Но все же мои ладони непроизвольно сжались в кулачки, когда он сделал шаг мне навстречу, мышцы напряглись, словно подготовившись к прыжку в случае опасности. Несмотря на это, я улыбалась.
Поцелуй не был агрессивным. Он не подавлял и не выпивал мою волю одним глотком, он был похож на отголосок позапрошлой ночи, но я все равно ощутила иглы знакомого озноба и непроизвольно закрылась непробиваемым щитом. Подсознание что-то встревожило, интуиция не всегда спала. Что я почувствовала от прикосновения теплых губ? Растерянность? Безысходное сожаление? Может, его невысказанную просьбу не появляться на мероприятии? Во всем этом не было логики. Я не отшатнулась и не задрожала только потому, что эта внезапная оттепель придала сил для разговора, который при других обстоятельствах мог не состояться.
- Ты потрясающе выглядишь. - Чувство нереальности происходящего ударило в голову, когда его губы переместились на тыльную сторону моей ладони. Все выглядело нелогичным и иллюзорным. Совсем недавно этот мужчина трахал меня на столе переговоров, как подзаборную шлюху, доказывая этим насильственным актом свое неоспоримое право и недопустимость любого консенсуса, а сегодня он сама галантность. - Ты хорошо себя чувствуешь? Удалось отдохнуть?
Возможно, это была уловка с целью вызвать мое смущение, но я на нее не купилась. Улыбнулась одной из своих коронных улыбок, которая была так сильно похожа на искреннюю, и склонила голову набок.
- Признаться, я уже не помню, когда в последний раз так сладко спала.
