Орхидея съела их всех полностью

Бриония расплачивается. Делает глубокий вдох. Безумным торнадо на шатких ногах несется вниз по лестнице: в одной руке – пакет из “Прады”, в другой – “Малберри” и “Крем де ла Мер”. Она направляется в магазин “Вивьен Вествуд”, где достает свой белый айфон и показывает продавщице фотографию журнальной страницы с безупречным шарфом из коллекции “Займись делом” со смешанным составом: шелк/шерсть. Продавщица отправляет ее в ДРУГОЙ бутик “Вивьен Вествуд”, до него тащиться черт знает как далеко, на верхний этаж, но там Брионии попадается изумительный продавец-мужчина, который при виде нее расплывается – да-да, буквально расплывается! – в счастливой улыбке.

– У вас есть такой? – спрашивает она и с дерзким видом протягивает ему телефон, на секунду почувствовав себя кем-то вроде Кейт Мосс или, может быть, стилиста Кейт Мосс, или дальнего знакомого матери стилиста Кейт Мосс, но уж точно с видом человека, живущего в Лондоне и занимающего такую должность, которая обязывает питаться одними сашими, а в обеденный перерыв ушивать себе одежду, покупать колготки и оплакивать минувшую любовь.

Продавец берет у Брионии айфон. Внимательно изучает картинку.

– Ой, – говорит он, и щеки его слегка розовеют. Совсем как в жизни, когда показываешь человеку из плоти и крови фотографию котенка. Но за этим “ой” ничего не следует. Продавец просто продолжает смотреть на экран телефона.

Если бы торнадо или огромное грузовое судно имело брови и было способно их удивленно поднять…

– Ой? – переспрашивает Бриония.

– Какой красивый, – поясняет продавец.

– Вот и я так подумала. Поэтому, собственно, я и решила, что, пожалуй…

– А я по глупости таких не заказал. Но теперь… мда.

– Мда? – опять переспрашивает Бриония.

– Теперь-то я вижу, что напрасно их не заказал. Вам бы такой очень пошел.

– Благодарю вас.

– Вам просто необходим этот шарф.

– Точно.

Он вдруг взмахивает головой, немного резковато.

– Вы ведь наверняка знаете, где находится главный магазин “Вивьен”, правда?

– Ну да, конечно… Но только…

– Я напишу вам номер телефона – на случай, если захотите сначала позвонить. Или, может, он у вас уже…?

– Не в этом телефоне, к сожалению.

Продавец походкой от бедра направляется к прилавку, достает желтую карточку и начинает выводить на ней номер черной ручкой “Муджи”. Затем протягивает карточку Брионии с таким видом, будто воспринимает ее всерьез и верит в то, что она в самом деле намерена купить этот шарф. Наверное, со стилистами и дизайнерами всегда обращаются именно так. А с Брионией такое впервые. Обычно ее разговоры в модных магазинах заканчиваются слезами, проклятьями в адрес продавцов и списанными с карты крупными суммами – от пятисот до полутора тысяч, ведь им нужно доказать, что лучше быть богатой и толстой, чем худой, но продавщицей (хотя даже сама Бриония так не считает). Она вдруг понимает, что не в состоянии сдвинуться с места. Это единственный продавец, с которым она смогла, смогла…

Но она, конечно же, не пойдет ни в какой магазин “Вивьен Вествуд”! Не больно уж он ей нужен, этот шарф. Просто ей нравится показывать людям фотографии из своего телефона и спрашивать: “У вас есть такое?” Правда, теперь придется притвориться, будто она уходит из “Селфриджес”, если она намерена продолжить это восхитительное… И, понятно, единственный способ притвориться, что уходишь из “Селфриджес”, – это действительно уйти, но она не собирается этого делать, пока не съест четырех пирожных и, возможно, еще парочки бутербродиков, которые тут подают вместе с пирожными. И пока не выпьет бокала шампанского. Или, может, двух. Если бы шарф был ей позарез нужен, она ушла бы немедленно. Полетела бы на Кондуит-стрит (адрес он там на карточке тоже написал) на волшебных крыльях, и пакеты из “Прады”, “Малберри” и “Крем де ла Мер” ничуть не мешали бы – разве что самую малость тянули бы вниз, к земле.

– Спасибо, – говорит она. – Я, пожалуй, в самом деле позвоню. Я встречаюсь с бабушкой и кузиной, чтобы вместе выпить чаю, а до этого еще нужно забежать в “Селин”. Там у них такая…

Продавец смотрит на нее с таким заговорщическим видом, что Бриония хихикает. Когда она в последний раз хихикала?

– Там у них такая сумка… – продолжает она.

– О боже! Вы, наверное, про их новый желтый клатч из змеиной кожи!

– Как вы догадались?

Вообще-то она имела в виду хозяйственную сумку телесного цвета, но какая разница.

– “Бостон” у вас уже наверняка есть?

– Конечно.

– О, – продавец благоговейно умолкает. Слегка закатывает глаза. Снова немного краснеет. – На “Бостон” заведен лист ожидания, и я знаю людей, которые до сих пор ждут своей очереди. Ваш какого цвета?

– Ну…

– Не отвечайте! – он несколько секунд вращает глазами, изображая ясновидящего, но, так и не угадав цвет, хмурится.

Бриония со смехом его выручает:

– Телесный!

Наверняка они бывают и телесные. Телесный цвет есть у каждой модели. Ну или какой-нибудь оттенок, который при желании сойдет за телесный – в зависимости от того, какого цвета у тебя кожа, какой цвет ты считаешь телесным или каким, по твоему мнению, ему следует быть, этому телесному.

– О боже.