- Вы послушайте, что дальше было. Сами всё поймёте… Он прибежал ко мне сразу как его отпустили из отделения, предварительно вручив повестку. Я сказала, что мы должны расстаться, пыталась оградить его от невезучей себя, не хотела, чтобы всё время он вынужден был решать мои проблемы. «Я больше не хочу быть с тобой, Орлов! Не хочу видеть тебя! Уйди и никогда не появляйся в моей жизни! Ты душишь меня своей любовью! Неужели не понимаешь? Дай мне дышать свободно… без тебя!» - сказала я ему эти обидные слова, чтобы он возненавидел меня и забыл обо всём, что было. Помню, как его лицо помертвело и выбежав из дома он исчез, выполнив то, чего я в принципе и добивалась. Мне же оставалось оплакивать свою никчёмную долю. В тот момент я была уверена, что делаю всё правильно. А ещё, я ведь была на вокзале, видела, как смотрит он по сторонам, выискивая меня в толпе провожающих, но не вышла из укрытия, наступив на горло своей любви. Прячась за колонной, рыдала, кусая сжатый кулак, боролась сама с собой, со своими чувствами. В тот день я навсегда попрощалась с самым дорогим человеком…
- Да… то, что мы творим в юности порой не подвластно логике, - произнесла я, делая глоток вина, - мы слишком легко расстаёмся с любимыми людьми, а в последствие горько сожалеем о содеянном.
- В день сдачи последнего выпускного экзамена произошло событие изменившее мою жизнь навсегда. Те парни, что были виновны в столь скорой отправке Милоша в армию, подкараулили меня по дороге домой. Этих отморозков было трое… их было трое, понимаете? А я одна… Затащив в один из заброшенных домов, они сорвали с меня одежду, попутно унижая и оскорбляя, а после, бросили на грязный пол, и я не понаслышке узнала, что такое ад на земле. Помню дикую боль, пронзившую тело насквозь, их смешки и пинки. Это было так ужасно! Издевались, заставляя просить прощения и ползать нагишом у их ног, и я выполняла это! Мне было так страшно! Я надеялась, что, если не буду их злить – они вскоре отпустят, но это было самообманом. Меня втоптали в грязь, от которой вовек не отмыться, как бы этого не хотелось. Они не были похожи на людей, их надменные лица и хищный оскал мне вовек не забыть. В какой-то момент, я обессилила настолько, что смежила веки отключая сознание. Будто бы стену воздвигла между нами, передо мной маячило любимое лицо Милоша, а душа, словно покинула тело. Я больше не реагировала на их действия и не молила о пощаде, лишь всматривалась в призрачный образ любимого и просила небеса о том, чтобы всё закончилось как можно скорее. Мне хотелось лишь одного, чтобы смерть смилостивилась надо мной и забрала в свои объятия, позволив сбежать от этого позора.
- Бедная девочка, сколько же тебе пришлось пережить.
- В себя пришла, когда всё изменилось. Моё искалеченное тело крепко прижимали к сильной груди мужские руки, а на лицо капали горячие слёзы. В первую секунду я приняла спасителя за Милоша. Но это был не он. Из лап подонков меня вызволил Павлик Миронов. Смешно, но именно он способствовал нашему знакомству с любимым. Он пытался помочь мне, как умел, я не противилась, но, мне всё было безразлично. Душа, она словно сгорела в адском пламени, осыпавшись на пол горсткой серого пепла. Не хотелось ни жить, ни говорить. Павлик остался в ту ночь со мною рядом. Я благодарна ему за это, если бы не он... Ведь ранним утром следующего дня судьба попыталась добить меня окончательно: почтальон принёс срочную телеграмму, в которой сообщалось о гибели отца. Вот так, трагические обстоятельства подарили мне встречу с человеком, который стал моей жизненной опорой.
- Это всё печально и страшно, но почему ты не обратилась к брату, не рассказала обо всём? Думаю, Милош бы понял тебя, не осудил и остался рядом.
- После того инцидента я лежала в больнице, и врачи вынесли мне неутешительный вердикт: я никогда не смогу забеременеть и выносить ребёнка. Опозоренная, бесплодная, зачем такая спутница жизни Милошу? Нет, я никогда не омрачу его жизнь своим присутствием. Это мой крест и понесу я его в одиночестве.
- Это мы ещё посмотрим, - хрипло сказала Земфира, - ты мне лучше скажи, с этим Павликом вы всё ещё вместе?
- Да! Мы теперь словно брат и сестра, ведь в целом мире лишь мы есть друг у друга. В тот же год я поступила в институт, а Павлик ушёл служить. Из пьяницы и дебошира он превратился в любящего заботливого друга и брата. Мы столько пережили вместе за эти годы! Да и сейчас, продолжаем держаться друг друга. Ведь кроме него у меня никого нет. Совсем никого, в целом огромном мире!
- Теперь у тебя есть мы! - твёрдо сказала я. – И наша семья будет рада принять тебя. Поверь, ты больше никогда не будешь одинока! Спасибо, Илона, что нашла силы рассказать о том, что столько лет угнетало тебя.
