- Для того, кто не умеет мелочей подмечать и дворец на пути пустым местом покажется, а уж моя хибарка и подавно. Вот ты, соколик, сколько кругов по этой полянке прошёл, а к разгадке так ни на шаг и не приблизился.
- Дедушка, вы помните меня? – произнёс Женя, занося пакеты с продуктами в дом.
- А как же, - улыбнулся старец, - приходил ты ко мне Володька, так же как друг твой, потерю свою искал.
- В этой жизни Евгением меня зовут.
- Но душа-то в тебе та же самая, что и столетие назад.
- Верно подмечено.
- Аннушке привет от меня передавай, а дочери, Хитане, скажи, чтобы силу по пустякам не растрачивала, мала ещё для этого.
- Обязательно передам.
- Вот что, ребятушки, я пока чайник на печь поставлю, да блинов напеку, а вы старику дров наколите, и в поленницу уложить не забудьте. А за продукты спасибо, давно я таких не видывал, - присвистнул он, рассматривая головку сыра.
Раздевшись до футболок мы с Медведевым нашли позади дома два старинных топора и бойко принялись за дело. Через час уже любовались результатом работы своих рук. У стены жилища Авдея возвышалась ровнёхонькая дровеница. Ополоснувшись нагретой солнцем водой, из деревянных кадок, мы утёрлись приготовленными для нас полотенцами и вошли в горницу, втягивая в себя аппетитные запахи.
- Управились уже? Вот же расторопные мне работнички попались, - похвалил нас старец, - а теперь обедать будем, аппетит у вас волчий должен быть, после физической-то работы.
Сев за стол мы принялись за предложенное Авдеем угощение: варёная курица, тонко нарезанные пластики сыра, домашние блинчики с золотистым душистым мёдом, разваренная картошка и свежевыпеченный хлеб с отрубями.
- Вкусно? – хитро прищурив глаза спрашивал хозяин дома, одобрительно кивая, когда мы пытались ответить ему что-то не прекращая жевать.
Я вытянул большой палец вверх, не в силах оторваться от такой простой, но натуральной еды.
Закончив трапезничать мы от души поблагодарили Авдея за радушный приём, а я вновь попытался завести с ним разговор на так тревожащую меня тему.
- Бабушка говорит, что судьба наша, как и сама Илона, скрыты от неё, но ведь она такая сильная, даже прошлое девушки видит, почему же настоящее ей не подвластно?
- Сильны потомки рода Орловых, да есть и те, кто более мощным даром обладает, что для других трудно сделать, они с лёгкостью в жизнь притворить могут. А зазноба твоя, вижу, о помощи просила. Шибко плакала, надеялась на тебя, а ты отказал. Не сберёг девку! Забрал бы в тот день с собой, отогрел, приголубил, оно бы всё иначе сложилось. Выходит, милок, сам себя и вини теперь, больше некого!
- Не отрицаю я своей вины, вы только надоумьте, как теперь всё исправить, как найти её?
- Пока ты в своих воспоминаниях «купался», да жалость к самому себе пестовал, занял место, тебе предназначенное, другой человек. Тот, что долго не раздумывал, а пришёл на помощь к нуждающейся в ней девушке, ни о чём не расспрашивая и ничего взамен не потребовав.
- Кто? – глухо спросил я, неосознанно сжимая пальцы в кулак.
- Ты мне силу-то свою не показывай, я чай, и пожёстче тебя людей-то видывал. А тому, кто бережёт твою суженую, ты лишь в ножки кланяться обязан, да всю жизнь спасибо говорить. Ну, будет с вас сегодня, недосуг мне разговоры такие долгие вести, устал я, всё же старый человек. Вы, ребята, у меня сегодня переночуйте, а спозаранку подсказку вам дам. Сможете понять её – найдёте путь, по которому пропажа дорогая ушла, а нет, так не о чем и говорить с вами. Навязались на мою голову котята слепые, глаз разомкнуть не могут, но кричат, да требуют, вынь им, да положь…
На этой чудной ноте, старик, продолжая ворчать себе под нос, влез на печь и укрывшись лоскутным одеялом заснул, оставив нас в полном недоумении.
Сидя на крыльце дома мы вели беседу приглушёнными голосами, боясь потревожить его сон.
- Одно непонятно, почему он сказал, что я дальше носа не вижу? Неужели разгадка её исчезновения лежит на поверхности?
- Давай вспоминать, что случилось перед тем, как ты потерял Илону из вида? Когда ты последний раз встречался с ней? О чём вы говорили?
- Я сидел в кабинете, когда она зашла ко мне и упав на колени попросила помощи. Сказала, что не может справиться сама, плакала… Я тогда предпринял очередную неудачную попытку прикоснуться к ней и заключить в объятия. Однако, Илона вновь отвергла меня, крикнув, чтобы я не смел к ней прикасаться. Если бы я знал тогда, что скрывается в её словах! Но… Выгнал я Синеглазку, оскорбив не единожды. Сказал в порыве злости, чтобы сама она разбиралась в проблемах, которые касаются мужиков, с кем она шашни крутит. И лишь на следующий день встретились мы с Мироном, он-то и объяснил причину её странного поведения: почему Илона никому не позволяет дотронуться до себя.
- Да, это я помню. Но ведь, что-то ещё должно было произойти? Когда уходила из дома, Романова не сказала Павлу, что куда-то собирается, причём надолго. Ведь он думал, что она отправилась на работу.
- Возможно ей кто-то назначил встречу? Иначе куда бы она уехала, раз на рабочем месте не появилась?
