- Но, кто? Да уж, странно всё это. Будем ждать утра, чтобы услышать подсказку, приготовленную Авдеем. А пока, я спать пойду, - зевая сказал Жека.
- Иди, я посижу ещё немного здесь. Мысли в голове крутятся, не дают покоя.
Чиркнув зажигалкой, подкурил сигарету, разгоняя левой рукой клубы дыма. Поднявшись подошёл к берёзе с самым широким стволом и прислонившись к ней спиной втянул в себя горький дым. До ушей доносился мягкий шум ночной реки, хотя днём мне казалось, что она осталась далеко позади. Сделав несколько шагов в её направлении, я было собирался пройтись по берегу, как вдруг осознал всю рискованность своей идеи: неизвестно, смогу ли в ночи найти дорогу обратно, раз днём заблудился среди зелёных деревьев. Вернувшись к берёзке, простоял подле неё ещё какое-то время, пока не ощутил нестерпимую жажду. Подойдя к колодцу, который заприметил ещё днём, опустил ведро на дно и медленно, стараясь не шуметь, начал вращать рычаг колодезного ворота, следя взглядом, как цепь накручивается на цилиндр, поднимая ёмкость с чистейшей прохладной водой. Взяв ковш, висящий рядом, зачерпнул им живительной влаги и вдоволь напившись выплеснул остатки воды под берёзу. Вернувшись в дом накинул крючок на петлю входной двери, и тихо пройдя на приготовленное мне место лёг отдыхать.
Утро настало неожиданно быстро. Услышав, как старик слез с печи, и вышел на крыльцо дома я растолкал спящего Жеку.
- Подъём! Нас ждут великие дела!
- Милош, блин, дай поспать ещё немного, голова раскалывается.
- Дома выспишься, вот вернёмся в город и спи сколько влезет.
- Проснулись уже, соколики? Ранние вы пташки, однако, - поприветствовал нас Авдей, растапливая печь. – Ну, умывайтесь, да к столу идите.
Ополоснув лицо ледяной колодезной водой, от которой сводило зубы, я тотчас взбодрился и окончательно проснулся. Усевшись за стол, где уже удобно устроился Медведев, я выжидающе посмотрел на старика.
- Не терпится тебе услышать то, что я скажу, так ведь?
- Да, - честно признался ему.
- А вот теперь слушай, в день, когда зазноба твоя вышла из дома, да сгинула в неизвестности, что-то ещё странное припоминаешь?
- Нет. Я как обычно на работе был. Ну, с Жекой по делам ездили, потом Мирон пришёл, подрались мы, затем пили и он мне рассказывал о том, как Илона жила после моего ухода на службу.
- Это всё не то! Не про это ты должен думать сейчас! Давай же, милок, вспоминай, что в тот день с толку тебя сбило? Ведь было неожиданное событие, которое в заблуждение-то ввело, да и не только тебя.
- Не было ничего подобного! – упрямо твердил я.
Стукнув меня по спине рукояткой трости Авдей обратился к Жене:
- А ты, вижу, понимаешь, о чём я этому дурню толкую?
- Аня. В тот день она улетела с детьми в Румынию, хотя вечером и не думала о предстоящей поездке. Я утром проснулся, а жены дома нет, она позвонила около восьми, сказала, что на пробежке и очень хочет увидеть Земфиру, спрашивала не против ли я её отъезда. Милош, вспомни, мы даже не проводили их в аэропорт, потому как были заняты разъездами!
- Всё так и есть! - одобрительно закивал старец. - Сестра твоя названая на себя возложила всё то, что ты должен был сделать, да самолюбие, задетое, не позволило.
- Получается, Анна увезла Илону в Румынию? Да ну, нет! Они виделись лишь раз, с чего бы ей заботиться о девушке? Сестра даже не знает, как много значит для меня Илонка!
- В тот момент, когда ты в помощи ей отказал, судьба Илоны была предрешена. Мужчина, от которого она защиты у тебя искала, недоброе задумал: повторить он собирался злодеяние своё, что много лет назад совершил. То, что разделило жизнь возлюбленной твоей на, до и после. Не выжила бы она на этот раз, а ты, Милош, узнав всё, никогда бы себя не простил и отомстив за любовь поруганную, ума лишился.
- Как это?..
- Тьфу, ну чего же здесь непонятного? С ума бы сошёл от горя! Но этого не случилось. Хитана… увидела она то, что предначертано и поспешила мать предупредить о грядущем. Аннушка взяла на себя смелость переиграть злой рок, и не вдаваясь в пространные объяснения выманила твою зазнобу на встречу. А дальше всё просто – увезла она её с собой, спрятав ото всех и от тебя, в том числе!
Подскочив с места, я тотчас бросился к двери.
- Не спеши, Милош, - осадил меня Авдей. – Позволь своим родным исполнить то, что они задумали. Девчонка твоя, в доме том обогрета и обласкана, не тревожь ты её сейчас. Семья приняла её словно родную, а она, доверившись, жизнь им свою пересказала, ничего не скрывая и не тая. Если приедешь сейчас, в горячке своей испортишь всё! Терпи внучок, теперь-то ты знаешь, что она в безопасности. А ежели, через месяц не вернутся они, тогда и отправишься в путь дорогу.
- Спасибо, - искренне поблагодарил я старика, обнимая его. - Вы правы, во всём правы. Раз Анна рядом, значит всё будет хорошо. Я сделаю так, как нужно. Дам им месяц. Но после…
- А после бери билеты и лети туда, куда рвётся сердце ретивое.
