– Робот для подводной сварки. Трудился всю ночь, пока никого не было. Я наводил справки, вы должно быть, спец в устройстве таких аппаратов? Или сеть врёт, как обычно? – ещё пара слов и Амир перейдёт на шёпот.
– Мало ли, в чём я спец? Тут нужен современный фаб. Повреждена самая критичная их часть, мозг, если хотите.
– Если нужны какие-то контроллеры, так мы купим. Скажите, какие.
– Думаю… Нет, уверен, вместо дыр у них были нейроконтроллеры. Их недостаточно просто купить, их нужно обучить правильным трюкам. Вы знаете их маршрут?
Григор с Амиром мотнули головами. Пять за слаженность.
– Они приходили сами, вы их тут обслуживали и отпускали, так?
Оба кивнули.
– Всё, что могу посоветовать, купите их владельцу точно такие же или оплатите производство, эти даже на запчасти с трудом сгодятся.
Амир кивнул:
– Понятно.
Втроём они молча прошли к лифту, молча поднялись, молча прошли по коридору к выходу из владений Амира. Перед дверью в процедурную Амир остановился и обратился к Даниелю:
– Можете вернуться к себе. Эт самое… Если появятся ещё мысли, – ну вдруг, – дайте знать.
Даниель улыбнулся:
– Ага. Непременно.
Амир исчез за дверью процедурной, а Григор дошёл с ним до его каюты и пошёл дальше. Даниель выждал несколько секунд, вышел за дверь и решил, что самое время для завтрака, только перед тем, как пойти в столовую, спустился на первую палубу и через застеклённый вылет глянул на пирс. Лодки Донга не было на месте.
Бригада ремонтников быстро разнесла по платформе весть о проблемах, доставленных Донгом. В воздухе Вакаруру повисло напряжение из неопределённости и тревоги, производящей сплетни, догадки и версии.
Надежда Амира на то, что следующая прибывшая на обслуживание субмарина позволит Даниелю, покопавшись в её внутренностях, определить, чего не достаёт повреждённым, заказать где-нибудь аналоги и скопировать прошивку, удерживала его от паники. Оставалось только ждать, несмотря на то, что Даниель считал такой подвиг практически невозможным.
В то позднее утро, когда белый кот, лёжа по центру посадочной площадки на верхней палубе, жмурился, наслаждаясь лёгким ветерком, глядя на далёкие пятна ряби и чиркающих в воздухе чаек, иногда долетающих до платформы со стороны стейлендов, одна из них уселась на угол ограждения и принялась вертеть головой, поджав под себя ноги. Охотиться на платформе коту было не на кого, и птица, да ещё так близко, всколыхнула в нём что-то давно забытое и нестерпимо желанное, от чего нижняя губа и усы стали непроизвольно подрагивать, а спазмы, пробегающие от горла до живота и обратно, воспроизводили череду тоненьких тихих стонов. Только сомкнутые вокруг шеи этой наглой птицы челюсти были способны унять желание, вернуть достоинство и спокойствие.
На полусогнутых лапах кот ртутью потёк прямо к источнику вожделения, но, когда обзор ему преградила гора, накрытая брезентом, пришлось обойти её, взобравшись на поручень. Пройти по нему было плёвым делом, подоконник в процедурной был поуже. Он успел сделать несколько шагов, когда птицу что-то вспугнуло. Укол досады заставил кота замереть, но поразмыслить о том, как теперь жить с такой утратой, он не успел. Поручень вздрогнул и хлёстко отправил живой амулет Вакаруру в океан. Он был ещё на пути к расходящимся по воде кругам – отголоску взрыва в доке вновь прибывшей заминированной субмарины, – когда платформа содрогнулась во второй раз. Ракета, выпущенная с дрона, разнесла ферму на грязные брызги. Прежде чем самоуничтожиться и разворотить кухню, дрон, снижаясь, дал пулеметную очередь по платформе, ни во что не целясь. На боковой коридор жилой палубы и палубы VakaDC под ней пришлось больше всего пулевых отверстий. Обе подводные палубы были моментально затоплены, – пара шлюзов превратилась в прямые выходы в океан, – там погиб Григор, дежурный из его бригады и тот, кто готовился заступить на вахту после дежурного. Шахта лифта в опоре платформы превратилась в колодец, наполненный водой по ватерлинию.
Когда появилась надежда, что ударов в ближайшее время не последует, и платформа перестала походить на улей, по которому ударили палкой, сотрудники дата центра запросили эвакуацию и принялись спешно готовить оборудование к погрузке на коптер. Остальные, кто сам, кто не без помощи, как Стивен, находящийся на пике запойного цикла, переместились в общую зону и внутренние коридоры седьмой палубы – достаточно далеко от наружных стен и достаточно близко к верхней палубе на случай, если платформа затонет, или если придётся эвакуироваться с посадочной площадки. Баркас Стивена догорал, подожжённый упавшими в него обломками дрона, а потому как средство эвакуации не рассматривался.
