— Беда в том, что это невозможно… Знаешь, я сам уже давно понял в какую жопу попал с заказами Мюрна. Его эти «курьерские доставки» и даже «убийства»… Я давно хотел соскочить с их крючка, но Горо так просто никого не отпускает. Вдобавок он параноидален до ужаса… Так что заманить его в ловушку почти невозможно, а кому-таки удавалось — не долго после ходили по белу свету, — мрачно усмехнулся сир Ян. — Как я уже говорил: Горо специалист в скрытных убийствах. Разумеется и в открытом бою он на многое способен, но его основная специальность — действие из засады. Заманить мастера ловушек в ловушку? Смешная шутка… Однако, — он скрестил руки на груди. — Если сделать так, что Кройф будет угрожать объекту охраны, за который отвечает Горо, — заметил сир Ян. — Помнится ты предположил, что наш объект — это исчезнувший Кронпринц Махото — Аки. В таком случае — Горо забудет об осторожности и нападёт на Кройфа. А там уж кто победит — не так уж и важно. Поверь, это тот старик, чьё существования я-бы тоже хотел давно прервать… Как и ты хочешь отвязаться от Кройфа.
— Впрочем — выгоднее будет, если Кройф погибнет от руки Горо…
— Да, — подтвердил сир Ян. — Всё же Кройф сейчас в разы опаснее для нас, чем Горо. Впрочем, посмотрим как оно сложится…
— Я тут подумал… А если мы при этом ещё и сдадим Кронпринца, если это он, да даже если рядовой аристократ из Махото, которого надо сопроводить, в Тайную Канцелярию… Они ведь заплатят нам и того больше, что наобещал Мюрн. И защиту от Горо обеспечат и от того же Кройфа…
— Заплатят, — кивнул сир Ян. — И во сколько ты оценил свою честь? — грубо он спросил. — В Империал? Два? Три? Десять?
— Простите…
— Я понимаю, Люцион, что в некоторых делах, особенно интригах, действовать чисто — смерти подобно. Но вот так открыто предавать взятые на себя обязательства… Независимо от того, кем будет объект охраны и сопровождения, нас наняли и мы согласились, — сир Ян посмотрел мне в глаза. — И то, что ты только что предложил — это оскорбление, а не «разумный выход»… Ты оскорбляешь в первую очередь себя. Ты, как красивое яблоко, что сгнило внутри, от обитания червей.
— Я просто…
— Что? Хочешь, как лучше? И скольких ты ещё так же предашь после этого заказа? И будешь ли ты себя уважать после такого?
Разумеется буду, всё же я эгоистичен. Хоть я и согласен рисковать в том числе и жизнью за тех, кто мне близок. Но близок ли мне возможный заказчик? Это совершенно незнакомый мне мальчик, которого безопаснее сдать хоть кому-то в Империи. Хотя верно и другое утверждение: а что мне сделал незнакомый мальчишка? Я ведь понимаю, что сдав его любой фракции в Империи — его ждёт незавидная участь. В зависимости от фракции, разумеется, его могут, как убить, так и предать пыткам. Кхандарцы лучше всех развили своё национальное самосознание, пусть Империя и создана из нескольких близких, в культурном плане, народностей, они пришли к одной, как-бы, нации. И за тысячи лет развития своей страны, пусть они не дошли до уровня двадцать первого века, но вот в плане идеологии… Точнее — менталитета. Кхандарцы не раз демонстрировали своё высокомерие, гордыню и пренебрежение к остальным. И судьба Аки в таком случае представляема…
Виноват ли он? Определённо нет. Но кого это волнует? Могу ли я обречь ребёнка на такую участь?
— Мне кажется, — после паузы вздохнул сир Ян, — что это великое упущение. Ты так яростно сражался и сражаешься за право обладать митриловым клинком, игнорируя любые увещевания и даже деньги, которые предлагает тебе сам Мерлих фон Ларциг, но согласен отдать этой стране мальчика. Да, сына Императора, — мы говорили на фловеррумском, так что понять нас могли уж точно не все, да и погрузкой они были увлечены. — Но всё же ребёнка… Тебе не кажется, что это дико, ученик мой?
— Наш мир в целом дикий.
— И это правильно, — кивнул сир Ян, подтвердив мои слова. — Наш мир ужасен. Кому как не мне, прошедшему через столько всего это знать. Но знаешь, мальчик, есть же выбор, — он подошёл и положил мне руку на левое плечо, а после заглянул в глаза. — Ты можешь окончательно скатиться, предавать всех и вся, без причины, или же по причине личной выгоды, не важно. Либо попытаться оставить в себе хоть каплю человечности. Хотя-бы чуть-чуть… Почему ты не хочешь продать меч, но предлагаешь сдать дитё? Разве эта белая железка ценнее жизни ребёнка? И кто же ты тогда такой? Можешь сказать, что ты просто человек со своими чаяниями и поиском выгоды. Искать выгоду не является чем-то плохим. Но, блядь, сдать мальчика им, прекрасно представляя что с ним могут сделать?
— А если это не мальчик? Если это аристократ, какой-нибудь, или ещё кто? Или вообще важный объект?
