Путь до Шуценшфталя должен был занять примерно неделю, учитывая новые вводные. Теперь и у меня есть добрая лошадь, а так же у нас есть тягловой мул. Естественно, всё пошло немного быстрее. Поэтому и неделя, по оценкам Сира Яна. Вдобавок были сняты вопросы о всяких досмотрах по пути. И я понимал почему у нас могли быть проблемы. Графства реагировали на приказ эрцгерцога и перестраивались на военные рельсы. Аристократы собирали своих вассалов и солдат, как это «по-вестеросски» звучит: сбор знамён. В Империи Кхандр, к примеру, аналогичные действия зовутся «сбором штандартов». Воины Ватье де Ридо уже сновали по оставшейся части графства и отбирали годных к воинской службе крестьян.
Эта страна, в плане армии, была типичной средневековой. Костяк армии составляли необученные крестьяне. У некоторых южных дворян были и вполне себе «профессиональные ополченцы». Особенно у тех, кто граничил с Кушанирцами. Очень уж Кушанирцы, оказывается, обожают пограбить бывших товарищей по несчастью. И если уж и спрашивать моё мнение, то я вообще не хотел, чтобы мы входили в рыцарскую дружину эрцгерцога. Если уж на то пошло — почему бы не отправится по южному тракту? Гольцы совершенно иная раса, жестокая, с другим языком и обычаями. Некоторые послы, которых скорее всего сожрали, не дадут соврать. Люди же всегда пытались договориться, правда с позиции — я тут главный, а ты днина поганая. Но всё же.
Но попытки потерпели крах… Точнее — достигли переменного успеха. Шедшие по Скалистому тракту, что представлял собой своеобразное ущелье в добрую сотню километров — доходили до Ридермарка, или Шуценшфталя целыми и невредимыми. А тот, кто шёл горами — исчезал. Почему вообще стоял вопрос между «идти ущельем и идти горами»? Ущелье-то прорезало горы напрямик, будто искусственный тоннель. А вот горные тропы — такого преимущества не имели. И кость была зарыта, как раз-таки в ресурсах. Во-первых, владыки Шуценшфталя и Ридермарка, пользуясь тем, что на многие сотни километров — их путь единственный, драли огромные деньги. Второе — Скалистый тракт это в буквальном смысле путешествие по камням.
Как рассказывал старик-Майрус, лошади дохли там, как люди во время войны. В чём преимущество гор? Там ещё растёт какая-никакая трава. А вот идя по Скалистому тракту, рассчитывай купить элементарную провизию для лошади, ведь несколько дней ты проведёшь в месте, где ничто не растёт. И покуда люди путешествовали трактом всё шло нормально… Покуда произошло неожиданное. Гольцы, которых лишь иногда могли случайно заметить на тракте, огромной оравой высыпали на тракт и, перебив пару десятков караванов торговцев, в основном из-за своего числа, двинулись в обе стороны по тракту. Именно это нам и сообщил Ватье де Ридо.
Что стало с относительно миролюбивым народом? Почему они резко напали, хотя до этого, идущих по тракту не трогали? Никто не изучал Гольцев столетиями, ведь все поняли, как можно сделать так, чтобы они не мешали. Люди не трогали их, они не трогали людей, кроме редких безумцев, что решили испытать удачу и пройти по их вотчине — горным путям. Которые, так же вели и в многочисленные пещеры, где, судя по всему, и обитали эти зелёные, многочисленные коротышки с острыми зубами, когтями, тщедушными телами. И вот сейчас мы шли к Шуценшфталю, а меня охватил мандраж. Это ведь настоящая война… И хотя их убийство — не равно убийство человека. Но всё равно… Воевать. Идиоты лишь жаждут войны. Не понимают, что война несёт за собой. Лучше худой мир, доброй войны.
— Ты дрожишь, — заметил Сир Ян. Лёгкий, осенний дождик падал с пасмурного неба на нас, идущих по дороге, среди огромных лугов. Мы уже перешли границу графства де Ридо и двигались по-другому, соседу Ватье де Ридо. — Боишься войны? Что стало с тобой Люцион? Я ведь помню, что ты легко переносил всё это. И наш разговор должен был посеять в тебе семена уверенности. Почему ты резко стал, будто в разы трусливее?
— Не знаю, Сир Ян. Да и в каком смысле трусливее! Я ведь убивал вместе с вами! Что Жайрона, что ополченцев барона де Ке! — вспылил я, повернув голову к Сиру Яну.
— Правда что ли? — спросил он, задумчиво промычав. — А мне кажется, будто с момента Турнира со мной путешествует уже не тот Люцион Гранд, которого я знал, — меня прошиб холодный пот. — Быть может мой юный оруженосец погиб тогда, когда перепало ему по голове. Даже Турнирным оружием можно убить. А проснулся в нём кто-то другой… Может это так, а может и нет.
— Я… — промямлил, — я… потерял часть памяти, Сир Ян.
— Память? — спросил Рыцарь. — И что именно ты забыл?
— Многое из того, что относилось к нашим тренировкам…
— Как странно, — задумчиво проговорил Сир Ян. Дождь сходил на нет и из-за туч начало появляться Солнце, лучи которого подарили этому миру красивую радугу. — Ты не потерял в навыках. Даже скорее приобрёл. В последнее время твоё фехтование вышло на новый уровень. Чего не скажешь о умениях на ристалище. Тебя побьёт даже крестьянин впервые севший на лошадь.
