Пламена подружилась с музыкантами Мирны и часто проводила с ними время. Она немного играла на флейте, которую подарил ей один из музыкантов. Из окна ее комнаты часто можно было услышать медленные и печальные мелодии, полные гармонии и чувств. Однако играть на публике девушка решительно отказалась.
Но больше всего её интересовало оружие и все, что с ним связано. Поначалу солдаты немного посмеивались над ней и снисходительно показывали свои мечи, арбалеты и кинжалы, ухмыляясь в усы, объясняли особенности использования каждого оружия. Но после случая с Лексли зауважали и вполне серьезно стали относиться к любопытной (и чего уж там — достаточно миловидной) собеседнице. Конечно, Пламена с удовольствием бы порасспрашивала и сестер-монахинь об их способах обороны, но глубокое чувство неприязни, которое она питала к церкви и ее адептам, не позволяло ей сблизиться с ними. А вот история с Лексли заслуживает того, чтобы упомянуть о ней отдельно…
Пламена сидела у себя в комнате и что-то шила из сыромятных шкур. Большая металлическая игла мелькала в ее руках. В дверь аккуратно постучались, и, переминаясь у порога, в комнату заглянул Лексли.
— Э-э-э… — красноречиво затеял разговор сержант. Девушка продолжала шить, не поднимая головы. — Добрый день…
Пламена незаметно, одними губами улыбнулась и произнесла в ответ:
— И тебе доброго дня.
Лексли беспомощно озирался по сторонам. Его взгляд упал на кота, который сидел на лавке и с безразличным видом вылизывался.
— Он все время будет на меня смотреть с подозрением? — спросил Лексли. — Я вроде бы не украл из его миски последний кусок!
— Ну… у него могут быть и другие мысли… украсть можно не только еду… — вежливо ответила Пламена и еще ниже опустила голову.
Лексли протянул руку к животному, но кот перестал лизаться и неприятно посмотрел на сержанта. Тот предусмотрительно убрал руку от греха подальше — если зверь вцепится, мало не покажется.
— Странно, но когда ты тренируешься, он себя гладить позволяет!
— Мало ли какие мысли возникают у него в это время? — пожала плечами девушка. — Может быть, он видит оружие в моих руках — и оттого спокоен?
— И это ты называешь оружием? — Лексли с сомнением кивнул в сторону непонятных палочек. — Не очень-то надежное… с виду. Малый цеп… слышал я и про него. Не то что против меча, против кола не устоит. Против невооруженного противника — не спорю, даже и от двоих-троих отбиться можно. Наши монахи для этой цели используют короткие дубинки, и, надо сказать, у них это неплохо получается. Даже и мечника могут победить. Впрочем, они и голыми руками способны такие штуки выделывать!
Лексли на мгновение замолчал, снова окинув внимательным взглядом оружие собеседницы.
— Ненадежная штука… — еще раз выдал он свой вердикт, уже скорее для себя, нежели для своей собеседницы.
Девушка на секунду задумалась и перестала шить.
— Попробуй — и ты будешь весьма удивлён результатом, — услышал он в ответ.
Сержант хмыкнул — девушка явно перла на рожон! Смелая!
— Уж если и выбирать себе оружие, то я бы на твоем месте взял парные кинжалы — это и для ближнего боя удобнее, да и как оружие — куда более надежно. Если хочешь, могу тебе дать пару уроков… да и кинжалы Гант для тебя подберет… или выкует новые.
Девушка с интересом подняла голову, перестав шить. Последовала долгая пауза, во время которой она явно оценивала предложение Лексли.
— Посмотрим… — задумчиво произнесла она.
«Н-да, хорошо поговорили», — подумал Лексли. Пламена опять вернулась к шитью, склонив голову над шкурами. Разговор явно заходил в тупик.
— Что шьешь?
— Заплечный мешок. Уже готов, — сказав это, Пламена отрезала прочную вощеную нить и покрутила мешок в руках.
— А дырка в стенке мешка такая большая зачем? — удивился Лексли.
— Это для Чирута, чтобы он мог спрыгнуть на ходу или спрятаться. Я даже палочки сюда вшила, чтобы дырка все время была бы приоткрыта — ему так легче залезать.
Пламена посмотрела на кота и улыбнулась. Тот выгнул спину, сладко потягиваясь, и спрыгнул со скамьи на пол.
— Вы так путешествуете? Он в мешке едет?
— Когда как: бывает, рядом идет, когда не охотится, а иногда — в мешке, особенно на людях, — она поджала губы. — Люди такого кота боятся, а он их тоже не очень-то любит, вот и прячем его.
Лексли почему-то тоже стало неприятно и даже неловко.
— Это ведь сложно так… и опасно, — вспомнив обстоятельства их встречи, осекся он.
— Мы привыкли, — четким и ровным голосом ответила Пламена.
Чирут подошел к Лексли и посмотрел на него снизу вверх.
— Тебе он тоже кажется страшным?
— Нет, конечно, — с сомнением в голосе произнес он. — Он даже… симпатичный, — с некоторым трудом выдавил из себя Лексли.
— Правда?
— Ну, да… вон какая грива, а уши — вообще. Сроду не видал более красивого… — сержант немного замялся, судорожно выискивая у Чирута что-нибудь еще, что хоть отчасти можно назвать красивым… с общепринятой точки зрения.
— Чирут? — Пламена посмотрела на кота — и тот с места, почти не напрягаясь, прыгнул на колени к сержанту.
