Удивляло в том числе и то, что оно просто разрушилось из-за того, что мы могли ему сопротивляться — это нарушало все уже известные принципы. Но пусть лучше у ученых об этом болит голова.
На следующий день Макар пришел на завтрак с блокнотом, который он исписал незнакомыми никому из нас символами. И сам он тоже их не понимал, а прокомментировал эту странность так:
— Мне очень хотелось их записать. Я просто не мог успокоиться, пока не сделал этого.
Алина тем временем сидела сама не своя. И это не реакция на появление Макара с силой-антагонистом. Что-то другое. И позже, после перешептывания с Денисом, девушка призналась:
— Я теперь не уверена в своем даре. Не могу это объяснить, очень странное ощущение.
— А вам, — я взглядом окинул остальных, — есть о чем рассказать?
Пока никто не решался заговорить, я лениво ел свой завтрак и думал о том, что сам вынес из Подземелья. Если часть из того, что я увидел, была правдой, то Подземелье — куда более ужасное и коварное место, чем мы представляли даже после знакомства с аномальным типом.
В изнанке я увидел то, что объясняло многое. Подземелье — ужасное место не только потому, что там монстры и ловушки. Оказывается, каждое Подземелье наполняло наш мир магической энергией только для того, чтобы в нем открывалось еще больше новых Подземелий. Это как болезнь, как вирус. Смертельно опасный вирус.
Та самая дармовая энергия, которую ощущали и впитывали Искатели и которая определялась Гильдией Искателей, как единственное благо, что не способно подвергнуть жизнь риску, оказалось вовсе не безобидной.
Несколько недель проходят без рейдов — работа, развлечения и рутина. Никаких аномальных Подземелий и обычных, зато ко мне прилетала Кристина и мы могли бы с ней неплохо провести время, если бы не мои бесконечные дела. Нет, повеселились и пообщались, конечно, но она осталась не очень довольна тем, что свободного времени у меня не так и много, а я пообещал меньше работать и видеться чаще. Их хорошего — в столицу девушка улетела с новыми защитными ювелирными украшениями. Так я хотя бы буду спокоен.
Гильдия Искателей тем временем фиксировала аномально низкую активность Подземелий. Эту информацию я получил сразу из нескольких источников, а потому ей можно доверять. Она, если так можно, сказать прошла через все фильтры.
Что касается противостояния консерваторов и реформаторов — появилась новая политическая повестка. Если сформулировать ее кратко, то звучит она примерно так: «Если Подземелья можно закрыть навсегда, то нужны ли Искатели?»
Началось давление на бюджет отделений Гильдии Искателей, ведь все-таки частично он формировался и из налогов жителей империи. Некоторые региональные чиновники очень настоятельно требовали сократить финансирование.
Консерваторы, конечно же, не пренебрегли такой возможностью и отлично «сыграли» на ней. Железняков и его приближенные в числе первых утверждают, что «перезагрузка системы» может обернуться настоящей катастрофой, тем более, на фоне нынешней нестабильности.
Они всеми доступными методами пытались донести до масс свою точку зрения. Якобы, реформация работы Гильдии Искателей пойдет только во вред. Кроме того, по их мнению, нужно оставить все протоколы, как раньше — без изменений да и вообще прекратить заниматься ерундой вроде того, чтобы постоянно закрывать Подземелья.
Вот такие вот «веселые» эти консерваторы…
— Роман Иванович, можно? — в кабинет вошла обворожительная Елена, за последнее время она совсем похорошела, причем не столько визуально, сколько на уровне эмоций и настроения.
Готов спорить на коллекцию неплохих слитков, что у моей первой помощницы появился кавалер. Что же, хорошо, если так, только бы ее работе это не мешало. Впрочем, спрашивать я не стал, все-таки личная жизнь слуг рода — это их дело, а не мое. Тем более, прекрасно помню, какой все-таки Лена бывает стеснительной.
— Да, слушаю, — ответил я и оторвался от своих чертежей, которыми теперь мог заниматься в специальной программе на компьютере. Очень удобно и никакой лишней возни.
— Иван Викторович приглашает вас на закрытую встречу глав столичных родов.
— Хм, серьезное мероприятие, — хмыкнул я. — И ни слова про Геннадия или Максима?
— Ничего такого, — покорно ответила Елена, покручивая на пальце кольцо. Один из тех защитных артефактов, который гарантированно единожды спасает жизнь. — И еще ваш отец ясно дал понять, что вы не имеете права отказаться. Вы уж извините, что говорю такие неприятные вещи.
— Да расслабься, Лена, — улыбнулся я. — Ты просто делаешь свою работу и делаешь ее отлично.
— Кстати, про работу. Роман Иванович… вы ведь помните того убийцу с духовным оружием?
— Даже не вспоминал о нём, пока ты не напомнила. Удалось что-то выяснить?
— Да, его точно наняли не благородные из Железнограда. След ведет в Москву, я продолжаю… Больше пока никакой информации. Могу ли я, с вашего позволения, нанять детективов и…
— Все, что душе угодно, — ответил я. — Только не перетрудись. Я так понимаю, у тебя появилось увлечение, помимо работы.
— Да, — засмущалась Лена, а на ее щеках вспыхнул румянец.
