— Ладно, не буду тебя смущать, — я поблагодарил ее и отпустил.
В Москву я взял с собой только своих верных карманных спутников — големов и Михаила, ах да, и гвардию. Теперь без гвардии никуда, по статусу не полагается. Я, может, не взял бы бойцов, но отец такой жест безрассудства не одобрил бы.
Прекрасно помню, как он однажды захотел съездить в книжный магазин за какой-то редкой книгой, так здание окружила толпа вооруженных людей. И в этом весь Иван Викторович Чернов — серьезный глава рода и мой непростой отец.
— Роман Иванович, а Танцующая с мечами будет? — спросил Михаил.
— Может, и будет, — ухмыльнулся я. — А чего хотел?
— Да просто сфотографироваться, — улыбнулся парень виновато.
— Да? — я повел бровью.
— Ну, еще букет подарить, — он вытащил из пространственного хранилища красные розы. — Сам выращивал в артефактной теплице, шипы уже срезал.
— Почему бы и нет? — я по-доброму улыбнулся и жестом показал, что ничего против не имею.
Что насчет самой Анны — не знаю: никогда не видел парней, с которыми она встречалась, а потому не могу сказать, есть ли у Михаила шанс.
Если рассуждать вне контекста, то обычно сильные благородные Искательницы не выбирают себе в парней ребят не из числа аристократов или Искателей.
Я приехал к тому поместью, где должна будет проходить встреча, где-то за полчаса, чтобы уж точно не опоздать. Скорее всего… нет, не скорее всего, а точно — я буду самым молодым, благородные главы родов, которые годятся мне в отцы или деды, просто не простят такую оплошность. Вот настолько они требовательны и консервативны.
Вдруг я увидел знакомую машину, которая как раз въезжала на парковку. На такой в нашем роду разъезжал только отец, кроме того, около десяти машин сопровождения как бы намекали, что сопровождают не самого простого аристократа. Да, именно так. Как бы я ни относился к отцу, все равно не мог игнорировать уровень влияния, которого он добился к своему молодому возрасту, относительно других глав родов.
— Здравствуй, Роман, — отец вышел из машины совсем рядом со мной и сразу протянул руку, как ни в чем не бывало. Будто бы он не пытался три года назад убить меня духовным оружием, а затем не ссылал в провинциальный городок.
Но и я с тех пор изменился. Сильно изменился.
Я взглянул в лицо отца, за эти три года он едва ли стал сильно отличаться от того, каким я его помнил. Как он был вдумчивым, серьезным, широкоплечим мужчиной с густой бородой, таковым и остался. Разве что глаза стали чуть тусклее, мышцы крепче, а костюм сменился на новый, тот, что сейчас в тренде у всех уважаемых людей Белокаменной.
С каменным лицом, ни о какой дружелюбной улыбке и мыслей не шло, я протянул ему руку и уверенно ответил.
— Здравствуй, отец.
Он вдруг едва заметно улыбнулся и будто бы со всей силы дернул меня на себя. Вот это хватка! Я просто не устоял бы на ногах, если бы отец выполнил бросок. Он, как выяснилось, гораздо сильнее Виктора и Геннадия, но оно и понятно, ведь отец тоже Искатель, а опыта у него поболее. Разве что в последние десять лет он ходил в рейды сильно реже.
Я ощутил другую его руку, которая больно хлопала меня по спине. А ухо поцарапала густая борода. Отец лишь через две секунды отстранился от меня. Теперь его взгляд был наполнен такой странной уникальной штукой, как отцовская любовь. Хотя, может, ему просто в глаза пылинка попала: точно не знаю, как-то не знаком я с тем, чтобы отец относился ко мне с безусловной любовью.
— Как же я рад тебя видеть, даже не представляешь, — абсолютно искренне проговорил он и улыбнулся.
— И я рад! — ответить пришлось не столько по искреннему порыву души, сколько по этикету. Все-таки отца я уважал, а он чтил все эти старые словесные нахваливания и прочее.
Тем не менее, на его лице красовалась самая настоящая улыбка, а глаза больше не сверлили меня злобой, как это было три года назад. Тогда от отца исходила мощная аура угрозы, а сейчас… Хм, странно, такое чувство, что она, скорее, окутала меня для защиты, нежели неприятно давила. Необычное чувство.
— Пойдем на территорию поместья, я знаю там одно укромное место, — проговорил отец. Он жестом позвал меня за собой, а своим гвардейцам велел встать у входа.
Мы прошли по саду и оказались в просторном тренировочном зале. С толстенными стенами метра так два. Избыточно, как по мне, но черт его знает, какие «чудовища» могут водиться в столице. Все-таки даже Двинин на пике — не самый сильный Искатель.
Отец закрыл двери и взмахнул руками, будто ожидая, что я одарю его подарками. Если он надеялся на холодное оружие или защитные артефакты, то мимо — именно для него я ничего такого не готовил.
— Роман, давай, не заставляй меня ждать. Показывай уже своих големов. А то я столько про них слышал…
— Големов? — я невольно сыграл бровями, получилось довольно правдоподобно. — А ты веришь слухам?
— Какие, к черту, слухи⁈ — по-доброму отмахнулся он, будто я просто позволил себе немного несерьезности. — Я разговаривал с Федором Алексеевичем.
— И как он? Идет на поправку? — теперь уже я взволновался по-настоящему.
