Сарко закрепил на спине зверя паланкин, крепко затянув ремни. Животина недовольно всхрапнула, и проводник пнул ее в морду. Зверь затопал ногами и распахнул широкую пасть, полную желтых плоских зубов, и угрожающе захлопнул ее, едва не укусив Сарко.
— Ох, зачем на них куда-то ехать, они нас прямо на месте сожрут, — запричитал C-3PO, а R2-D2 испуганно пискнул.
— Хаппаборы не едят плоть, — пророкотал Планк. — И металл тоже. Просто надо держаться подальше от их зубов. И лап.
— Вот уж спасибо, успокоили, — съязвил золотистый дроид.
— Все будет хорошо, — заверил его Люк, стараясь скрыть собственные сомнения. — Давай, C-3PO, вы с R2-D2 поедете вон на том.
Под непрестанные жалобы дроида-переводчика Люк и проводник помогли ему взгромоздиться на меньшего хаппабора. R2-D2 Скайуокер привязал позади, потуже затянув веревки. Дроид-астродроид протестующе загудел, повернув свой купол, чтобы укоризненно посветить красным фоторецептором хозяину в лицо.
— Да, тебе неудобно, я знаю, — сочувственно сказал Люк, похлопывая его по корпусу. — Мне тоже это не нравится. Снимем тебя отсюда, как только появится возможность.
Сарко задержался, чтобы приторочить пару охотничьих винтовок к паланкину на другом хаппаборе, когда из-за угла выскочила Фарней. Она замерла, изумленно раскрыв рот, и сжала кулачки.
Люк с досадой вздохнул.
— Так это правда! — крикнула девочка. — А я-то не верила, что ты идешь в леса со Стервятником!
— Мне не нравится это прозвище, — процедил проводник. — И лживые дети тоже.
— Лживые? — оскорбилась юная деваронка. — Скажешь, это неправда, что твои клиенты обратно не возвращаются?
Она умоляюще посмотрела на Скайуокера:
— Он злобный и страшный. Не ходи с ним, прошу тебя!
— Может, мы с R2-D2 лучше останемся и присмотрим за ходом ремонта? — забеспокоился протокольный дроид.
Люк взял Фарней за плечи.
— Я буду осторожен, — пообещал он. — К тому же я не так уж прост, помнишь?
— Он тоже! — выпалила девочка, заливаясь слезами.
Она вытерла их кулачком и бросилась бежать.
— Пора, Маркус. — Планк поставил ногу на короткий рог хаппабора и запрыгнул на переднее место в паланкине.
Скайуокер печально посмотрел вслед юной деваронке и неуверенно коснулся плеча животного. Серая шкура была толстая, жесткая, но приятно грела. Собравшись с духом, он забрался на заднее сиденье. Паланкин под ним покачнулся, и куртка Люка распахнулась.
— У меня дурное предчувствие, — пробормотал золотистый дроид, когда проводник ткнул палкой в бок хаппабора и зверюги двинулись по узкой тропе, ведущей к высоким пикам на границе Тикару и дальше, в джунгли.
Ехать на хаппаборе оказалось довольно тряско. Спустя несколько минут Люк немного привык к болтанке и стал разглядывать деваронские джунгли. В тени высоких деревьев было прохладно, гудели насекомые, отрывисто перекликались птицы. Хаппаборы переваливали через громадные выступающие корни деревьев, не спуская своих крошечных глазок с тропы.
Дроид-астродроид негромко бибикнул.
—
— Ты забыл о насекомых, питающихся металлом, — усмехнулся Люк. — Они ведь могут тебя сожрать!
Сарко оглянулся на золотистого дроида. Люк снова содрогнулся при виде хитиновых пластин у него на лице — вблизи они напоминали огромные толстые ногти.
— А еще ты рискуешь, что тебя разнесут на куски выстрелом из бластера, потому что ты слишком много болтаешь, — сказал проводник.
— О нет! — пискнул дроид.
— Он шутит, C-3PO, — успокоил его Люк.
И тут он почувствовал чье-то присутствие. Скайуокер стал вглядываться в джунгли, но в мельтешении солнечных пятен и ярких цветов ничего разобрать не удавалось.
— Подожди, — сказал он, дотронувшись до плеча проводника.
Тот сбросил его руку, но остановил хаппабора палкой. Животное встало, повело розоватым носом и глухо замычало, точно от боли.
— Что такое, Маркус? — спросил Сарко.
— Точно не знаю... Мне показалось, там кто-то есть.
Люк напряг все чувства, включая то, которое позволяло слышать Силу.
— Это вон там, — указал он вглубь леса.
Сквозь стволы деревьев, скрытые тенью, виднелись четыре серые туши. Одна чуть шевельнулась, и он разглядел мощные ноги, широкую спину и тупорылую голову, увенчанную загнутыми рогами.
Это были не хаппаборы, а те самые звери, которые в видении Люка паслись на поляне, где он отражал световым мечом нападение трех тренировочных дронов.
— Пихроны, — присвистнул Сарко. — А у тебя острое чутье для чужеземца.
Он передал ему одну из длинноствольных бластерных винтовок и сам стал прицеливаться из своей.
— Не надо. — Люк протянул руку и опустил ствол.
— Почему? В чем дело?
Скайуокер покачал головой. Благодаря Силе он уловил чувства пихронов — как нравится им пастись вместе, как приятно стоять в холодке в ложбине. Ощущал он и настороженность зверей — их тревожили чужаки на хаппаборах, желание убежать боролось в них с инстинктом, который велел не двигаться и не шуметь.
— Мы теряем большие деньги, чужеземец, — удивился проводник.
