— Когда вчера вы прислали мне известие, что у вас появилось нечто достойное моего внимания, полковник, я, естественно, предпринял все, чтобы сразу увидеть результаты ваших работ своими глазами, — ответил Ли. — Ваш труд в военное время дает мне все основания прислушиваться к вашему мнению. Ваше сообщение, однако, показалось мне немного таинственным. Что именно вы хотите мне показать?
Начальник вооружений Конфедерации вышел из своего кабинета и вернулся мгновением спустя с парой автоматических винтовок.
— Вот это, — сказал он гордо.
Он протянул одну из них Ли, который сказал, взяв ее в руки: — Я уже достаточно хорошо знаком с АК-47 в течение последних нескольких лет, так что…
Его голос затих, когда он более внимательно изучил оружие. Вновь заговорив, он продолжил уже без сарказма.
— Эта винтовка отличается в некоторых мелочах от тех, к которым я уже привык. Что у нас здесь, полковник?
— Копия АК-47, произведенная здесь, в арсенале, сэр. Два экземпляра, фактически.
— Просто превосходно, — тихо сказал Ли. Он передернул рычаг зарядки у винтовки, которую дал ему Горгас. Мягкий, хорошо смазанный ход и громкий щелчок вернул его обратно к палаткам на северо-западе от Оранж Корт Хаус в тот день, когда он впервые услышал этот звук. Он пригляделся к стволу. У оружейников Конфедерации тот выглядел попроще, чем у оригинала.
— Вы уже проверяли это оружие, полковник?
— Да, сэр, — сказал Горгас. — Мы успешно воспроизвели автоматическую стрельбу на своих моделях. При выстрелах патронами, представленными ривингтонцами, они также стреляли максимально точно и с аналогичной отдачей. Хотя испытания еще были недолгими, они продемонстрировали достаточную надежность.
Его взгляд ускользнул от Ли после этих слов. Он вспомнил кавалерийские карабины, которые зарекомендовали себя опасными, как для врагов, так и для самих стрелков.
— А вы пробовали стрелять боеприпасами, изготовленными в Августе? — спросил Ли. Горгас кивнул.
— Да, и тоже успешно. Только траектория полета пули значительно выше, а отдача значительно возросла. — Он поморщился, вспомнив испытания и потер правое плечо. — На самом деле, при снаряжении обычным порохом, винтовка лягалась, как мул.
— Ну, это не такие уж большие недостатки, — сказал Ли. — Вы проделали удивительно хорошую работу, полковник Горгас.
— Не такую хорошую, как хотелось бы, — ответил Горгас с присущим ему профессионализмом. — С одной стороны, как мы ни старались, мы не приблизились к качеству металла в стволах оригиналов. Насколько я могу судить, тот почти невозможно разрушить. Наш ствол в этом плане намного хуже и его сложнее чистить, чем их прототипы. С другой стороны, обе винтовки, которые вы видите здесь — почти полностью ручная работа. Из-за этого не только их производство идет очень медленно, но и части из одного оружия не являются взаимозаменяемыми с другими.
— Я полагаю, вы работаете над устранением этих трудностей?
— Работа в этом направлении не прекращается, сэр. Необходимы соответствующие станки, чтобы производить АК-47, как мы это делали со Спрингфилдами, но дело движется медленно. Нам неизмеримо помог в производстве Спрингфилдов захват арсенала в Харперс-Ферри и станки, содержащиеся в нем. А в этом случае такого преимущества нет. Хотя я и люблю нашу страну, сэр, мы все же никогда не были производственной нацией. Большая часть нашей промышленности — такая, как она есть теперь — была вызвана к жизни необходимостью в конце войны. — Лицо Горгаса напоминало скорбное выражение ищейки, идущей по сложной трассе. — Кроме того, АК-47 значительно более сложное оружие, и требует гораздо больше этапов в своем производстве, чем винтовки, которые мы привыкли делать. К этому же времени в следующем году, я надеюсь, мы сможем наладить его выпуск в достаточных объемах. А как скоро мы сможем улучшить наши экземпляры еще предстоит выяснить.
Ли понял, что начальник вооружений высказался полностью. Конечно, хотелось бы большего. В Соединенных Штатах производство было, конечно, на более высоком уровне — второе место в мире после Великобритании. Он мысленно представил себе огромные заводы в штатах Массачусетс и Нью-Йорк, штампующие автоматы вагонными партиями. Но, как сказал Горгас, Юг мог гордиться только сельским хозяйством до войны — и лишь федеральная блокада вынудила попытаться производить некоторые вещи, которые больше нельзя было купить на хлопок и табак. Ли вынужден был довольствоваться тем, что есть, не ломая голову над возможным отставанием. Он заставил себя быть довольным, так как у него не было другого выбора.
— Вы проделали прекрасную работу, полковник, — сказал он, как мог, убедительнее. — Передайте мои поздравления вашим замечательным специалистам. Я рад узнать, что мы, возможно, в один прекрасный день сможем заявить о своей независимости от мужчин из организации „Америка будет разбита“, как мы добились ее от Соединенных Штатов.
Он надеялся, что такой день однажды наступит, но даже даже такая надежда не принесла ему облегчения.
Сидя за столом своего кабинета, Ли составлял доклад президенту.
