Джон удивился, как это Ланге удалось его разыскать. Хотя вероятно это произошло благодаря тому, что довольно много торговых звездолетов садилось в Дронгалии. Конечно, все из-за этого дрона… Сколько, интересно, Ланге имеет денег, а он должен их иметь, раз он разыскал его? Неплохо было бы вступить с ним в контакт. Он подумал, что надо было бы купить немного еды (мысль о том, что ему придется расстаться со своим старым плащом, который был еще с Земли, болезненно отдалась в сердце) и заплатить за угол в грязном притоне, где он сейчас обитал. Можно еще купить дрона, если он только решится на это, но для чего? Сейчас это уже не имело никакого значения!
Он смотрел скучая на границу света и тени, делящую узкую улочку почти посредине. Осталось немного до времени, назначенного Бартом. Сколько же тот может дать ему? Джон задремал, опустив голову на грудь.
— Джон! Эй, Джон!
Браузен протер глаза, стряхивая сон. Концентрация взгляда на крупной фигуре в голубой одежде заняла у него почти минуту. Невероятно!! Застегнутый на молнию комбинезон Барта был пошит точно по фасону служебного мундира Земного Космического флота! Джон с трудом поднялся. Сейчас, когда он смотрел на Барта, воспоминания живо вернулись к нему. Чувства сжали ему горло, и он едва смог сдержать слезы. Сильно пожав протянутую руку, Джон произнес:
— Барт! Сколько времени прошло! Как чудесно снова увидеть тебя, Барт!
Ланге испытующе смотрел на него и в его глазах зажглись огоньки удивления.
Джон пожал плечами.
— Да, Барт. Я наркоман. Бездарь, который живет на дозе дрона. Я получаю пособие и этого мне вполне хватает для угла в ночлежке и на жратву. Время от времени я подряжаюсь рыть ямы для того, чтобы купить несколько горошин дрона. А ты… — он опустил руку Ланге и рассматривал его комбинезон, с трудом проглотив слюну. — Ты отлично выглядишь, Барт. Нанялся наемником? У кого? Или… — он внимательно осмотрел товарища. — По тебе не видно, чтобы ты был недавно тяжелораненым.
Ланге, нахмурившись, продолжал рассматривать Джона.
— Недавно флот Гохда участвовал в одной акции. Я в это время служил там. Поэтому, — он махнул рукой, — в общем мне дали кое-какие деньги за услуги. Заплатили они неплохо, к тому же не захотели, чтобы я после случившегося оставался на Гохде. Вот поэтому… — пауза была довольно значительной, — в некоторой колонии на планете Акиель. И собираю всех людей. Нас уже чуть больше двадцати.
— Зачем собираешь?
— Мы хотели бы собрать снова весь наш старый Экипаж. Владыка Акиеля может предложить нам кое-какую работенку.
Джон посмотрел Барту прямо в глаза.
— Ты хорошо знаешь, что большинство уже погибло. Это было дьявольски медленное умирание. А что можешь ты сейчас предложить, кроме новых смертей ради освобождения каких-то планет, ради вывоза сокровищ с миров, которые перед нами ни в чем не виноваты, и ввоза их в другие миры, также не имеющие никакого к нам отношения…
— На этот раз у нас есть настоящая цель, — с нажимом произнес Ланге.
— То, что ты говорить, меня удивляет. Когда мы виделись в последний раз, — Джон вздохнул и пожал плечами. Если Ланге сам не чувствует пустоты этой бесцельной беседы, то нечего с ним спорить. — Акиель, — начал он снова, — что это такое? Никогда не слышал о такой планете. Что там есть такого, что могло бы толкнуть нас, последних землян, в какую-то авантюру? В самом деле, в чем дело? — Он замолчал, как бы собираясь с мыслями, — Мы всегда ставили перед собой цели, не так ли? И находили их, устраивая торги! Все вместе, вышколенные, дисциплинированные, неустрашимые, мы держались за эту легенду день за днем. Потому что уже было все равно, погибнем мы, или нет, поскольку только и оставалось думать, что мы можем что-то найти, или думать, что уже нашли. Но и этот запал прошел, борьба угасла. По крайней мере для меня. Я думаю, что и ты пресытился этим.
Ланге подозрительно осмотрелся вокруг и зашептал ему на ухо:
— Колония, о которой только что я тебе говорил, заселена Хелками.
Браузен отодвинулся от него.
— Хелками? — пробормотал он задумчиво. — Это значит, что вы находитесь в сфере влияния Империи Вильмута?
— Нет, Джон! Я имею в виду свободных Хелки. Об этой колонии Вильмут не имеет никакого понятия. Там у них на Акиеле есть свой Омниарх и ему две тысячи двести лет. Он на несколько сот лет старше своих потомков, которые и основали колонию. В молодости он был рабом на Вильмуте, по ему удалось бежать, не оставив никаких следов!
Джон ощутил легкое головокружение. Он с минуту всматривался невидящим взглядом в дронгалийцев, которые обходили их и с интересом приглядывались к двум чужакам, называемыми землянами. Затем Браузен вздохнул и сказал:
