— Логично, — согласился Филипп Тихонович. Он весомо качнул большой коротко остриженной головой. Потом, отвечая собственным мыслям, качнул еще раз и отложил в сторону принесенный сотрудником файл.
— Поговорим по существу, — сказал он, раскладывая перед собой давешние карикатуры. — Нам надо что-то предпринять. Вот эти двое — две картинки были отодвинуты в сторону — интереса не представляют. А вот эти крайне опасны. И первым делом необходимо их нейтрализовать. Незамедлительно.
Отставной майор был генетически не способен обсуждать приказы. Но вопросительное выражение, на мгновение блеснувшее в его глазах, оказалось куда красноречивее слов.
— Да, — подтвердил большой босс мрачно. — Война. Но у нас нет выхода.
— Но может быть произвести отвлекающий маневр. Чтобы оставались сомнения, откуда нанесен удар?
— Нет времени. Завтра они будут знать, что я жив, и засуетятся. И если мы захватим нашего телефонного друга, то сразу получим стопку козырей, а его предъявим как живое свидетельство. Даже если не захватим его живым, а просто укокошим его и этих двоих, то партия автоматически перейдет в эндшпиль. Согласен?
— Так точно, — ответил отставник севшим голосом.
— Тогда действуй, — Филипп Тихонович пододвинул два шаржа.
— Похожи, — кивнул тот, комкая листки в маленький шарик.
Взрыв прогремел в арке старого дома на набережной, и ударная волна буквально выплюнула в Неву то, что осталось от черного «Форда» и его пассажиров. В квартире над аркой вздрогнул пол и так задрожали стены, что на почерневший паркет посыпались полвека провисевшие на своих гвоздиках: фарфоровая тарелка с намалеванными под гжель лебедями, бронзовая чеканка с Лелем, играющим в рожок, портрет поэта Сергея Есенина и старинный барометр. От удара умный прибор раскрылся и выронил из-под крышки четыре вложенных друг в друга червонца старого, дореформенного образца.
В машине сопровождения уцелели аж двое сидевших на заднем сидении, но никто из них не мог толком объяснить, что случилось, и уж тем более пояснить обстоятельства гибели двух сотрудников таможни.
Контора, как положено, завела дело и начала вынюхивать. Но кое-кто закончил заочное расследование в считанные минуты.
По тротуару еще катился отброшенный взрывом хромированный диск с колеса таможенного «Форда», а под рукой у Филиппа Тихоновича заверещал мобильник.
— Деньги готовы? А то мне скоро на связь с заказчиком выходить!
«Не знает еще», — подумал про себя генеральный директор, а вслух проговорил извиняющимся тоном:
— Слушай, так скоро не получается. Большая сумма наличкой. Сейчас вот собирают выручку. Пока конвертация, пока то, да се. Но, сам понимаешь, что столько валюты может физически не оказаться на месте…
— Так сколько собрано?
— Сейчас я располагаю семью сотнями. С хвостиком…
— Сколько будет с сегодняшней выручкой?
— Думаю, что еще плюс четыреста тысяч. Да и то только к утру.
— Маловато для такой солидной сети. Не согласны, Филипп Тихонович?
— Не согласен. Сеть у нас солидная, и многие платят по кредитным картам или оформляют кредиты. Так что четыреста — это для нас хороший расклад.
— Для вас это плохой расклад, потому что жизнь ваша стоит два миллиона, а у вас их нет.
— Слушай, давай обсудим эту тему. Поторгуемся в конце концов, рассрочку оформим, — Филипп Тихонович посмотрел на таймер и с азартом представил себе, как мчатся к месту нахождения абонента люди Чайкина. — Давай я завтра отсчитаю тебе полтора лимона, а остальное — чуть позже, и тогда же ты разъяснишь мне, кому я так помешал. Лады? У тебя будет гарантия, что я тебя не кину, а у меня немного времени, чтобы…
— У вас времени до завтра, — резко оборвал его звонивший. — Я позвоню часов в десять. Два миллиона. Или два миллиона наличными или… или мне проще будет выполнить заказ.
На этом связь прервалась. Определенно киллер пытался уложиться в строгие временные рамки. Любопытно было бы узнать, как он их рассчитывает. Тогда, поняв логику противника, можно сделать очень даже полезные выводы. Пока же все цепочки умозаключений строились большей частью на допущениях и предположениях:
«Если предположить, что звонивший — один из участников „Арботраста“, не согласный с решением о начале войны и решивший слинять, прихватив изрядное выходное пособие…»
«Если допустить, что звонивший и в самом деле имеет возможность ликвидировать генерального директора…»
«Если и впрямь существует некий информатор, координирующий действия противника…»
«Если только…»
Погрузившись в размышления, большой босс и не заметил, что прошло довольно много времени, почти шесть минут, пока перезвонил Чайкин.
— Я его видел, — сообщил майор первым делом.
— Видел?
— Так точно. Брать было проблемно, я решил не рисковать, чтобы не обнаружиться.
— Понятно. Что скажешь?
— Описание соответствует. Только плаща не было. Обычный костюм.
— Костюм? — Филипп Тихонович машинально посмотрел в окно, за которым перхотью осыпался первый снежок. Человек в костюме вряд ли надолго покинет теплое помещение. Или машину.
— Машина?
— Нет. Метро. Причем на входе он воспользовался проездным.
