Оказалось, что это не так. Попробовала подняться на ноги и рухнула на колени как подкошенная. Мужик покачал головой и вылез. Вернулся вдвоем с еще одним таким же бородатым типом. Вместе они вытащили из моей импровизированной палатки и меня, и Бака, и все наше хозяйство. Тент тоже сложили, дуги вытащили и уставились на них, не зная, что делать.
Я же сидела на снегу и вдыхала сладкий морозный воздух полными легкими. Голова кружилась, соображение отказывало, но одно я поняла точно: нас спасли! Пришли вовремя. Еще немного и нас бы уже не добудились. Это была бы смерть не от мороза: мой огонек давал достаточно тепла, а от недостатка воздуха. Мы выдышали и сожгли все, что можно было, через час нас бы уже не имело смысл откапывать.
Осознав это, начала горячо благодарить тех, кто стоял рядом. Это были крестьяне из долины, пошедшие в горы на охоту. По снегу хорошо видны следы зверей, вот они и отправились за добычей. Ну что ж, вместо добычи приведут в село ведьму.
Их было четверо, а с ними шесть собак. Собаки нас и нашли, залаяли, стали рыть снег… мужчины к ним присоединились и вскоре откопали нечто такое, чего раньше им видеть не доводилось. Обычно из‑под снега извлекают окоченевшее тело, мертвое или живое, не важно. А тут показался расписной полог вроде палатки, под ним горит в плошке огонек и мирно спят двое: женщина и животное. Живые.
Я благодарила всех и каждого, а они подходили и с недоверием дотрагивались, чтобы удостовериться, что перед ними не иллюзия и не обман зрения.
Немного придя в себя, я спрятала и тент, и дуги, и одеяла в то, что на самом деле являлось повозкой Вэня, чем подтвердила для нашедших меня статус ведьмы. Не каждая сумеет уложить такие огромные предметы в такой небольшой ящичек.
Часа через три мы были уже в селе. Бака определили в стойло к лошадям, а меня усадили в зале местного трактира. В нем не сдавали комнаты проезжающим из‑за отсутствия таковых, зато все мужское и часть женского населения собиралась тут по вечерам выпить пива и почесать языками.
Меня накормили, напоили, и все расспрашивали, кто я и откуда. Я объяснила как смогла. Что зовут меня Летиция Коллани, что я ведьма и маг, что странствовала в горах со своим учителем, великим хотейским мудрецом, что он умер, а я решила пересечь горы и спуститься по Ласерну к Кармелле, где меня ждут. Не вовсе правда, не совсем ложь.
Сельчане уверили меня, что мне очень повезло пройти перевал до начала зимы. Теперь до весны из долины нет ни входа, ни выхода.
Кстати, в самой долине снега не было и в помине, стояла поздняя, но довольно теплая осень.
Ночевать меня отвели в дом утонувшей ведьмы. Он стоял немного на отшибе, очень близко к озеру, был небольшим, но добротным. Пока я заседала в трактире, местные бабы привели там все в порядок и затопили печь. По тому, как было чисто и уютно, сколько разной снеди стояло на столе, я поняла, как же трудно всем пришлось без магической помощи, если они так привечают незнакомую ведьму. А ведь есть целые государства, где от этого блага сознательно отказываются. Та же Мангра, например. Как же там люди выживают?
Со следующего дня началась работа. Все, кто нуждался в помощи, выстроились в очередь прямо у крыльца. Я решила навести порядок, иначе не справлюсь, достала тетрадь и стала для начала записывать, кто пришел, где живет и в чем нуждается. Потом обойду всех по списку.
Затем объявила во всеуслышание, что срочным считается вызов на роды, травму или отел. Болезни тоже идут в зачет, если сопровождаются сильным жаром. Все остальное я сделаю, но не вдруг. Будут вам и обереги, и защитные контуры, и амулеты всех сортов. А пока я хочу отдохнуть и обустроиться.
Народ разошелся, рассуждая, что в этот раз ведьма им попалась могучая. Предыдущая бежала на вызов, стоило пальцами щелкнуть, но могла немного, поэтому и робела. А эта нахальная. Раз не боится — значит сильна. Зарабатываю авторитет.
Мой подход заставил очередь быстро рассосаться. Последним пришел хозяин трактира и попросил забрать Бака. Наглая скотина стала приставать к лошадям, а увести его ни у кого не получалось. Если только госпожа ведьма соблаговолит… Я взяла две здоровых морковины и поплелась за своим дружком. В доме ведьмы стойла не было, так что ослика пришлось разместить прямо в сенях и ежедневно выгребать подстилку, надеясь, что летом этим добром кто‑нибудь удобрит свой огород. Кто‑нибудь, не я, потому что с началом весны я собиралась уйти отсюда навсегда.
Граф Дешерн оказался похож на свой портрет: высокий, тощий мужчина с неприятным, надменным лицом. Наметанный глаз Армандо отметил то, что его позабавило: если их с графом одинаково одеть и поставить рядом, то со спины их нельзя было бы различить. Никто бы не стал искать сходства между лысым, безбровым арестантом в полотняной робе и сиятельным графом в дорогом камзоле, но мастер иллюзий сразу увидел, что фигуры у них с Дешерном одинаковые.
Он еще не придумал, как можно использовать это обстоятельство, но на всякий случай взял на заметку.
