— Он придёт… мы же договорились. Видишь, какая погода? Наверное, где-то в пробке застрял.
— Янка!.. — протянула Ангелина, не зная, как убедить подругу не делать глупостей. Но на всерьёз заболевшую любовью подругу никакие доводы рассудка сейчас бы не подействовали, и Гелька, с состраданием оглядываясь, словно надеясь увидеть счастливый момент встречи влюблённых, поспешила к остановке маршруток.
Смена времён года каждый раз оказывалась большим сюрпризом для городских служб. Вот и сейчас, стоило лечь тонкому, как носовой платок, снежку, и город встал. Гелька миллион раз прокляла своё решение добираться до поликлиники обычным путём, трясясь в набитой под завязку маршрутке, замирающей надолго перед каждым светофором.
— Долго спите! — приветствовал её Борис Витальевич, бросая на неё привычный пристальный взгляд. — Ложитесь, не будем терять время.
— Извините, всюду пробки.
Гелька повесила шубейку и растянулась на кушетке, отчаянно зевая. Было бы помягче… нет, с Соларом не расслабишься.
— Продолжим, — Борис уже включил аппарат, и тот загудел, напомнив Ангелине её сегодняшний сон.
— Видения были? — как будто прочитав её мысли, спросил врач.
— Только предчувствия и, может быть, сон.
— Может быть?..
— Да, я не знаю, мой это был сон или Егора.
— Опишите.
Гелька рассказала, как была Егором и видела саму себя, падающей вниз спиной из окна.
— Без сомнения, это сон Егора. — Борис о чём-то задумался, а Ангелина удивлённо взглянула на него — почему он так в этом уверен?
— Так, вчера с утра — яркие видения, потом затишье, а ночью — сон. Во сне, конечно, легче принимать чуждые образы, так что будем считать… Ладно, — очнулся он, поднёс датчик к её лицу — глаза его изумлённо расширились, и он с усмешкой спросил, окидывая Гельку взглядом. — Вы для меня так… преобразились?
Ангелина покраснела, но сегодня она чувствовала себя гораздо уверенней, в том числе и за счёт макияжа, поэтому она дерзко усмехнулась в ответ:
— Нет, для него! — она мотнула головой в сторону Солара.
Борис проницательно глянул на неё и поднёс детектор к её лицу, а Гелька, расхрабрившись, спросила:
— Вы можете поставить "защиту" моим родным?
Полетаев убрал детектор.
— Вы что-то им рассказали?
— Не-ет, только… — она смущённо заёрзала на кушетке, — я брата научила распознавать сканирование. В этом же нет ничего плохого? Он думает, что я что-то вроде экстрасенса…
И быстро добавила:
— Сергей Петрович знает.
Гелька уже жалела, что завязала этот разговор. Её кураж пропал. Борис Витальевич возвышался над ней грозовой тучей. Ну, как опять взбесится и начнёт душить? Гелька понемногу съёживалась на своей лежанке.
— С вами не соскучишься, — выдал вдруг Борис Витальевич, поднял, было, детектор и снова опустил. — Я не могу снабдить защитой всех, с кем вы соприкасаетесь: дома, на улице, в школе — это невозможно. Любой из них потенциально опасен для вас — продавщица в соседнем магазине, одноклассник, соседка…
Гелька растерялась.
— Я не прошу всех… и вовсе не для моей безопасности!
— И по какому же принципу вы станете отбирать счастливчиков: любимая подруга — не любимая подруга? — скривился врач.
Ангелина поднялась — лучше бы сначала она поговорила с Учителем.
— Вы не понимаете…
— Да ну?
— Я хочу их защитить, хоть как-нибудь. Это из-за меня они в опасности.
Гелька опустила голову.
— Имейте в виду — вы извели у меня весь запас салфеток.
Ангелина улыбнулась благодарно и недоверчиво, и шмыгнула носом.
— Ложитесь. Мы обсудим с Сергеем Петровичем тактику наших дальнейших действий. Возможно, он сочтёт целесообразным защитить особенно близких людей из вашего окружения. А пока проверяйте всех и каждого.
— О`кэй. — Гелька улеглась и сонно захлопала глазами.
— Прогулки под Луной? — иронично усмехнулся Борис.
— Да, — зевнула в ответ Ангелина и закрыла глаза, потому что детектор уже обстреливал её своими иглами-импульсами.
