Прости, Алан! — извинилась она про себя. Видит Бог, я очень сожалею, что так неверно судила о тебе…
Она закрыла глаза и подумала о Теде. Теперь, когда уже ничего нельзя было изменить, она осознала, как горько сожалеет обо всех радостях, которые не успела разделить с ним, обо всех открытиях, которые они уже никогда не сделают вместе. Она так хотела бы увидеть его еще раз! Не для того, чтобы признаться ему в любви, а чтобы сказать, как он ей нравится, как она наслаждалась его обществом… С Тедом было прекрасно в постели, но, Боже мой, с ним вообще было прекрасно! И она ведь почти ничего не знает о нем. Ей хотелось узнать, любит ли он Вивальди или «Роллинг стоунз», или и то и другое. Ей было интересно, хорошо ли он играет в слова… Так много ей не суждено узнать о Теде!
Ей было невыносимо грустно думать об этом. Ее мысли путались, уплывая в горячую, удушающую темноту.
Когда она услышала снаружи стук в дверь, ей понадобилось время, чтобы осознать, что это не было галлюцинацией.
— Элис! Ты здесь? Открой, дорогая! Впусти меня! Что происходит? Открой, ради Бога!
— Тед? — Она с трудом поднялась с пола и прислонилась к двери, не обращая внимания на обжигающий ее жар и плача от облегчения при звуке его голоса. — Тед, я не могу открыть дверь. Ее заклинило.
— Понял. Я буду толкать ее снаружи, а ты тяни ее на себя.
— Это не поможет, — жалобно сказала она. — Тебе нужно чем-то взломать ее. Торопись, печь вот-вот взорвется!
Ему не требовалось объяснений.
— Поставь ручку в открытое положение и отойди назад. Только не слишком далеко. Поняла?
— Да. — Она повернула ручку в нужное положение и передвинула запорную кнопку так, чтобы язычок замка остался открытым. — Готово, — сказала она.
— Я взял камень из твоего палисадника, чтобы разбить замок, о'кей?
— Да.
Она услышала сильный удар камня по дереву, дверь задрожала, но не открылась. Тед ударил второй раз и третий. Дверь содрогнулась и распахнулась с такой силой, что он ввалился в прихожую с камнем в руках.
Он быстро взглянул на раскаленную печь, затем схватил Элис за связанные руки и потащил во двор.
— Скорее! — торопил он ее. — Мы впустили кислород, и сейчас все взлетит на воздух!
Она едва держалась на ногах и не могла бежать по неровному мощеному внутреннему дворику. Тед остановился и подхватил ее на руки. Он пробежал ярдов сто по улице, когда раздался взрыв. Тед упал вместе с Элис на соседний газон, закрыв девушку своим телом.
Когда звуки взрыва наконец смолкли, он тревожно посмотрел на нее.
— Элис, любимая, с тобой все в порядке? Тебе больно?
— Мне хорошо. — Она сдула с носа травинку и посмотрела на него из-под спутанных потных волос со свисающей изоляционной лентой. — Ты умеешь играть в слова? — спросила она.
— В слова? — Он в изумлении посмотрел на нее, затем на его губах появилась улыбка. — Конечно, — ответил он.
— Отлично, — откликнулась она и в следующий момент потеряла сознание.
Когда она пришла в себя, санитары уже пристегнули ее к носилкам и заносили их в санитарную машину. Тед стоял рядом, а Алан склонился к ней с выражением страдания на лице.
— Прости меня, — сказала она, сжимая его руку. — Папа, прости меня.
— Боже, Элис, это мы должны просить у тебя прощения! — сказал он. — Тебе не за что извиняться. Не за что. — Он потрепал ее по руке, неловко пытаясь успокоить. — Они собираются отвезти тебя в больницу на обследование. Завтра в это время ты будешь чувствовать себя гораздо лучше, дорогая.
Если бы ее не лихорадило от пережитого страха и боли, она, наверное, попыталась бы подобрать какие-то щадящие слова. Но ей было очень трудно говорить.
— Уолтер пытался убить меня, — произнесла она. — Не только сейчас, но и раньше — в Нью-Гэмпшире, в Нью-Джерси…
— Я знаю, — ответил Алан. Гримаса боли искривила его рот. — Боже, Элис, не представляю, что сказать тебе.
Тед подошел ближе и осторожно положил руку ей на лоб.
— Полиция ищет его, Элис, он не уйдет далеко, он никогда больше не причинит тебе зла. Обещаю.
— Я рассчитываю на тебя, — сказала она и закрыла глаза, погружаясь в сон.
Сидя в машине, Уолтер включил приемник, передающий утренние новости, и похолодел от ужаса. Он понял, что проиграл. Эта сука не умерла, а полиция получила ордер на его арест!
Если бы он попытался выбраться из Провиденса еще вчера и не был бы достаточно умен, чтобы взять напрокат автомобиль по поддельному удостоверению личности, они, скорее всего, арестовали бы его уже прошлой ночью.
Но что же Алан? — подумал Уолтер с горьким чувством давней обиды. Ведь Элис сорвала его предвыборную кампанию, она столько лет таила на него злобу и рассказывала всем злобные небылицы! Наконец, она даже не была его дочерью, и все же он дарил ей свою любовь! Неужели его не заботило, что Элис была незаконнорожденной узурпаторшей, шлюхой, как и ее мать?! Недоделанная художница, которая приведет «Хорн Индастриз» к банкротству, если только у нее появится шанс.
И Тед. Кто бы мог подумать, что он так себя поведет? Уолтер лез из кожи, чтобы довести парня до ума. А этот неблагодарный олух взял да и влюбился в Элис!
