— Я никогда не говорила, что Алан Хорн глуп, — уверенно заявила она. — Просто он — убийца. Тебе не кажется, что совпадения заходят слишком далеко? Похожая на меня Ида Мэрфи, которая вела мою машину, гибнет на шоссе в Нью-Джерси в результате страшной аварии. А за два дня до этого ко мне заходит частный детектив и рассказывает, что он уже два года работает на моего отца и вот только теперь нашел меня, и о том, как Алан будет рад узнать, что я жива и здорова и нахожусь в Нью-Джерси.
Теду нечего было сказать. Еще несколько часов назад он мог бы предположить, что смерть Иды — трагическая случайность, ведь жизнь состоит из случайных происшествий и причудливых совпадений. Но сейчас подобная логика представлялась слабой, натянутой. Элис права: было что-то зловещее в смерти Иды, но по прошествии столького времени, как они могли узнать правду?
— Ты помнишь имя детектива, который заявил, что работал на твоего отца? — наконец спросил он.
Она кивнула.
— Он назвался Дэниелом Вебстером и показал мне лицензию штата Нью-Йорк. Я запомнила это имя, так как в тот момент подумала: отчего это люди называют своих детей так, как называется словарь? Потом я поняла, что, скорее всего, и имя, и лицензия были фальшивыми. Он никогда больше не пытался связаться со мной, никогда.
Отчаяние Теда вылилось в приступ бессильного гнева.
— Черт побери, Элис! То, что ты говоришь, похоже, складывается в стройное обвинение против Алана. Но я ведь помню, о ком мы говорим! Ты хочешь, чтобы я поверил, что не кто-нибудь, а Алан — холодный, расчетливый убийца. Что он являет собой жуткий пример синдрома доктора Джекилла и мистера Хайда! Боже Правый, я работал шесть лет бок о бок с этим парнем! И ты хочешь, чтобы я поверил, что он достойный, приятный человек днем и хищный маньяк ночью?
— Не знаю, во что бы я хотела, чтобы ты поверил, — произнесла Элис глухим от усталости голосом. — Иногда я сама не знаю, чему верю. Все, что ты сказал сегодня, все оправдания, которые придумал для Алана, я уже придумывала сама. Я провела полгода в психиатрической больнице, пока не научилась вспоминать пожар в Нью-Гэмпшире, не впадая в истерику. Я даже дошла до того, что готова была признать, что ошибалась в отношении Алана. В конце концов, что я видела той ночью в Нью-Гэмпшире? Джип Алана и похожего на него мужчину. «Послушай, — говорила я себе, — может быть, утка все-таки была курицей?» Затем умерла Ида Мэрфи. И, что касается меня, курица снова превратилась в утку.
Тед почувствовал холодок глубоко внутри — холодок нежелательного сомнения.
— Пожар во Флориде… — сказал он и не мог заставить себя выразить свое подозрение словами.
— Это была последняя капля, — призналась Элис. — Я надеялась, что Алан не узнает меня, когда появилась с таким явным мошенником, как Пол Хейзен, в качестве спутника. Курение изменило мой голос, да и сама я несколько изменила свою внешность. Я решила, что он примет меня за еще одну самозванку, охотящуюся за состоянием семейства Хорн.
Тед насмешливо улыбнулся.
— Ты преуспела на пятьдесят процентов, — сказал он. — Ты убедила меня.
— К сожалению, ты не тот, кого я хотела убедить. — Ей почти удалось улыбнуться в ответ на его улыбку. — Я думала, что вернусь в отчий дом и разузнаю о положении дел; возможно, даже найду доказательства преступной деятельности Алана, прежде чем он струсит настолько, чтобы вновь устроить покушение на мою жизнь. — Она невесело засмеялась. — Похоже, я рассчитала все неверно. Ты заметил, что, как только мы встретились, Алан приложил все усилия, чтобы показать мне, что узнал бы меня где угодно и абсолютно уверен, что я Элис Хорн. Тем самым он дал понять, что мне следует держаться подальше. Когда я не приняла эти намеки, он поджег домик для гостей, чтобы доказать, что он не шутит.
Тед шепотом выругался. Все это чертовски походило на правду. В любом случае, надо что-то делать — это всегда лучше, чем стоять и думать о собственной беспомощности. Может быть, им следует обратиться в полицию? Нет, не стоит, если они не хотят чувствовать себя полными идиотами, решил он. Бен Дженкинс отбывал срок за пожар в Нью-Гэмпшире, Ида Мэрфи погибла в автомобильной катастрофе, а начальник пожарной бригады скорее отдаст под суд Белоснежку, чем выдвинет обвинение в поджоге против Алана Хорна.
Элис, похоже, как всегда догадалась, о чем он думает.
— Это крах, правда? — сказала она. — Теперь ты начинаешь понимать, почему я передала Стиву Стерну эту информацию?
Черт побери, он действительно понял. Он посмотрел на нее, и его сердце замерло. Высокая и достаточно крепкая, Элис сегодня выглядела такой утомленной, ранимой и хрупкой, что его переполнило острое желание уберечь ее от всех бед. Их взгляды встретились, и это было словно нежное объятие.
— Чертовски длинный день, — признался он, — и, похоже, предстоит еще более длинная ночь. Я измучен. Может быть, нам отправиться в постель, как ты думаешь?
