– Ты, Серадж, протри-ка камин сверху, оно вроде бы пыли особо не видно, да мало ли… Так вот, решили адмиралы моего земляка командующим назначить. Сэр Грэхем[72] скривился, правда, но спорить не стал. Он политик, а не моряк, чего ему спорить?.. Ты вот что, Серадж, отвлекись. Сходи за свечами. Я их сам вставлю в канделябры. Вдруг и сегодня до вечера сидеть будут. Первый лорд ох как не любит, когда огрызки торчат.
– Есть же керосиновые лампы… Газовые, в конце концов. Уйма денег на эти свечи уходит… – направляясь к двери, пробурчал молодой слуга.
– Да, так-то оно так, да адмиралы – народ пожилой, не признают эти модные нынче штучки. Запах отвратительный, говорят. Им стеариновые свечи подавай… – старик огляделся по сторонам и, заметив, что напарник уже вышел, добавил: – А что дорого… не свои же тратят…
Зал заседаний Британского адмиралтейства со времени строительства претерпел мало изменений: те же большие окна, стены и потолок с отделкой в нежно-голубых тонах, длинный рабочий стол, стулья с высокими спинками вокруг стола, посередине одной из стен – камин, который весьма редко использовался по назначению, вот, пожалуй, и всё… Хотя нет… на полу лежал ковёр, толстый, с витиеватыми узорами и, конечно, под цвет морской волны. В отличие от других помещений морского ведомства, ни напольных, ни настенных светильников, утыканных свечами, в зале заседаний не было. Когда совещания морских лордов вдруг затягивались, а в последнее время это происходило весьма часто, слуги ставили канделябры с зажженными свечами на стол, не забывая при этом подстилать под них специальные небольшие коврики: не дай бог, воск накапает на стол.
Через какое-то время появился напарник. В руках он держал связку свечей. Положив их на стол, он продолжил уборку. Высокий старик тут же принялся вытаскивать из канделябров обгоревшие свечи и ставить на их место новые. Закончив, он произнёс:
– Продолжай уборку, а я распоряжусь по поводу чая, да и молоко подогреть надо. Лорд Паркер не любит ни холодный, ни горячий чай. А по мне, так только горячий. Тёплый – какой же это чай?
Вскоре в зал вошёл один из секретарей совета. В руках он держал пачку документов, свёрнутую в рулон карту и деревянную указку. Секретарь недовольно посмотрел на слугу, вытряхивающего мусор изкорзины, и хмуро сделал замечание:
– Поторопись, чего копаешься?.. Лорд Грэхем уже прибыл, скоро здесь появится.
Затем секретарь направился к стойке, стоявшей в углу, поднёс её ближе к столу и повесил на неё большую карту с нанесёнными значками разного цвета, после чего на столе напротив каждого стула разложил документы. Уже собравшись покинуть зал заседаний, он бросил подозрительный взгляд на слугу, на секунду задумался и, махнув рукой, ни слова не говоря, удалился.
В полдень в зал стали заходить члены совета, за ними – приглашённые: секретари, руководители подкомитетов, рядовые сотрудники. Последними шли главный секретарь совета и адмирал Нейпир. Они о чём-то оживлённо шептались.
Адмирал Нейпир был одет не по рангу. Судя по одному галуну на белых обшлагах кителя и эполетам на плечах с одной восьмилучевой звездой, из-за большой занятости, связанной с подготовкой эскадры к выходу в море, адмирал ещё не успел обзавестись формой, подобающей вице-адмиралу флота её королевского величества. Китель контр-адмирала, пошитый восемь лет назад, сейчас сидел на нём мешковато, обшлага – затёртые, хоть и белого цвета, одна из пуговиц на кителе болталась, и, казалось, вот-вот оторвётся. Нейпир почувствовал на себе осуждающий взгляд адмирала Паркера и, садясь на своё место, настороженно взглянул на первого морского лорда. Паркер укоризненно покачал головой, но промолчал.
Когда все расселись по местам, первый лорд Адмиралтейства, шестидесятидвухлетний сэр Джеймс Грэхем, откашлявшись, поздоровался:
– Рад видеть вас, господа!
Члены совета молча кивнули и стали сосредоточенно просматривать лежавшие перед ними документы. Адмирал Нейпир тихо, но явно возмущённо, стал что-то шептать на ухо руководителю подкомитета по снабжению. Снабженец слушал адмирала рассеяно и лишь хмуро кивал в сторону сидящего напротив морского лорда казначейства. А тот сидел с невозмутимым видом, листая принесённые с собой документы. Грэхем уловил обрывки фраз адмирала о чрезмерной экономии в обеспечении его эскадры.
В зале стоял лёгкий шум, нарушаемый шуршанием бумаги и перешёптыванием между собой присутствующих.
Давая время для ознакомления с документами, первый лорд, политик малосведущий в тонкостях морского дела и традиций, вытащил из кармана принадлежности для курения и аккуратно разложил их перед собой. Затем не спеша стал ёршиком чистить курительную трубку. Закончив чистку, он аккуратно набил трубку табаком, но не закурил. Минуты через три, заметив, что члены совета подняли головы, он отложил трубку в сторону и своим низким натренированным в бесконечных политических дебатах в парламенте и на заседаниях в правительстве, хорошо поставленным голосом произнёс:
– Начнём, пожалуй, господа.
Взглянув на Нейпира, лорд сделал замечание:
