Губительный залп сделал своё дело: пушки оказались перевёрнутыми, временные ложементы разрушены, стволы орудий забиты землёй. Часть прислуги ранена. Батарея замолчала.
Видя безнадёжность сопротивления, Завойко отдал приказ оставшимся в живых защитникам и легко раненным оставить батарею и срочно идти к Красному Яру на помощь «Кладбищенской» батарее.
Еле держась на ногах, Гаврилов приказал заклепать орудия, спустить флаг, погрузить на телеги раненых и остатки боеприпасов.
Вскоре несколько десятков защитников под грохот канонады быстрым шагом направились в сторону Красного Яра.
Неожиданно один из защитников, матрос с фрегата «Аврора», бросился назад. Выхватив из-за пояса топор, он несколькими ударами перерубил флагшток.
– Не висеть на нём флагу вражескому, – пробормотал он.
И в это время с противоположной стороны бухты раздались ухающие залпы корабельных орудий и раскатистые, приглушённые расстоянием звуки разрывов. Матрос тревожно огляделся. Звуки шли от Красного Яра, где располагалась «Кладбищенская» батарея. Там шёл бой.
Вражеские корабли, окутанные пороховым дымом, обстреливали батарею, которой командовал его товарищ Василий Попов, мичман с «Авроры». А ещё матрос разглядел, как от тех кораблей в сторону берега шли десятка полтора баркасов и несколько шлюпок, набитых солдатами.
– Десант!.. Мать честная, на Василия Ивановича навалились, изверги, – заорал матрос и со всех ног бросился догонять свой отряд. Бросив мимолётный взгляд в сторону моря, он увидел пароход, который на буксире тащил в сторону Красного Яра один из фрегатов, только что обстреливавший его батарею. Ополченец поспешил догнать свой отряд.
«Кладбищенская» батарея, огрызаясь своими тремя 24-фунтовыми пушками, заряжаемыми канонирами с «Авроры», несмотря на шквальный обстрел неприятеля, оказалась весьма живучей. Чтобы окончательно подавить сопротивление, флагман союзников приказал высадить десант.
К берегу приближались две большие шлюпки и более десятка баркасов, набитых французскими пехотинцами.
Беспрерывные залпы орудий с корвета «Пайк» и брига «Облигадо», а потом и с фрегата «Президент» всё же сделали своё дело: батарея Попова замолчала. При виде десанта два десятка защитников отступили и приготовились принять последний бой.
Под барабанную дробь около шести сотен союзных пехотинцев, не торопясь, по-хозяйски осматривая территорию, спокойно высадились в районе батареи. Берег расцветился синими и красными пятнами обмундирования нападающих. Над батареей взвился французский флаг. Но торжествовали союзники недолго: по ним ударила батарея с мыса Кошки.
И тут из-за ближайшего пригорка показался отряд, состоящий из более сотни русских солдат и матросов. С ружьями наперевес они бежали в сторону батареи. Англичане, видимо, решив помочь своим, дали залп с орудий одного из фрегатов. Снаряды не долетели до рядов русских солдат, но одно из ядер разорвалось в гуще французских пехотинцев, убив и ранив несколько человек. В рядах союзников началась паника.
Почти одновременно пушки русских кораблей тоже произвели по ним залп. Ядра «Авроры» и «Двины» разметали десантников; послышались крики раненых, несколько нападавших упали.
Союзники дрогнули.
При виде приближающегося отряда русских многие повернули в сторону баркасов. В это время на мачте флагманского корабля взвился сигнал к отступлению. Пехотинцы, поддерживая раненых и погрузив на плечи убитых, бросились обратно в шлюпки. Бой затих.
Однако канонада не прекращалась: с южной стороны по кораблям союзников продолжали палить пушки «Кошечной» батареи, а также орудия «Авроры» и «Двины».
Чтобы оградить себя от обстрела русских кораблей, загрузив на борт пехотинцев, корабли союзников с помощью парохода опять сменили место стоянки и, прикрывшись мысом Сигнальным, переключились на бомбардировку батареи на мысе Кошка. Несколько часов союзники обстреливали её, но защитники под руководством лейтенанта Дмитрия Максутова, отвечая метким батарейным огнём, выдержали натиск, нанеся немалый урон врагу.
Продолжая обстреливать «Кошечную», союзники перекинули часть огня на батарею, пять пушек которой под командованием Александра Максутова находились на перешейке между мысом Сигнальным и Никольской сопкой. Прикрываясь пушечным артобстрелом, с брига «Облигадо» и фрегата «Эвридика» союзники опять высадили десант. Метким огнём батареи и этот десант был рассеян. Потеряв одну шлюпку с десантниками, союзники и на этот раз вернулись на свои корабли.
Попытка захватить город с суши провалилась. Однако прорваться в город можно было, захватив порт. Преградой этому опять были батареи на мысе Кошка, а также пушки на «Авроре» и «Двине».
С помощью парохода «Вираго» фрегаты неприятеля подтянулись ближе к порту. «Форт», «Президент» и «Пайк» всей мощью своих восьми десятков орудий обрушились на внутренний замок порта – батарею мыса Кошка.
Командир лейтенант Дмитрий Максутов отвечал редкими залпами, тщательно сверяя каждый раз расстояние до цели: порох надо беречь.
