Нора Джордан видела счастье не во взаимной любви, а в богатстве и власти над мужчинами. Эта ошибка в выборе жизненных ориентиров привела ее — не могла не привести! — к фатальной развязке. А Сэм Камерон, глазами которого читатель увидит мир романа и населяющих этот мир персонажей, свое счастье найдет. Но не с коварной прелестницей Норой, а с ее антиподом — с Ферн Долсон, которая видится ему девушкой из добронравного прошлого и одновременно — из будущего. Помоги им, Боже, сохранить взаимное чувство до конца дней. Оба это заслужили. С чем читатель наверняка согласится, пройдя вместе с героями через все перипетии и повороты напряженнейшего, с криминальным оттенком этого повествования.
Ностальгически размышляя о прошлом — своем собственном, своего рода, своей страны, — мы на самом деле думаем не о прошлом, а о будущем. Мы желаем, чтобы в нем вновь воцарилась патриархальная естественность отношений, дети уважали родителей, старшие братья опекали младших, мужчины превыше всего ставили свою честь, девушки были чисты и целомудренны, а жены — верными спутниками на всем жизненном пути.
Как счастлив бывает человек, если он может сказать хоть о чем-то из перечисленного выше: да, у меня это именно так!
Альберт Дж. Саймонс
«Консерватизм психологии и психология консерватизма»
Только теперь, когда путешествие приближалось к концу, он позволил себе отдаться мыслям о ней. Шлюп легко и весело скользил по волнам, реагируя на его прикосновения так же чутко, как когда-то реагировала Нора. Думая о ней, вспоминая, как в тумане, ее прекрасный образ, сумасшедшие дни и ночи, которые они провели вместе после их первой встречи, он попытался взглянуть на себя, Сэма Камерона, со стороны. И пришел к выводу, что он глупец, хотя, вероятно, такая оценка и была слишком суровой. В конце концов, его опыт с Норой стоит любых душевных терзаний и боли. У каждого мужчины есть своя Нора, а если кому-то не привелось повстречать подобную женщину, жизнь его нельзя назвать полноценной. Он встретил ее, познал ее, владел ею — или, наоборот, она им владела? — и потерял. Теперь он снова увидит ее.
В течение всего путешествия от Лонг-Айленда до Саунда по Сэндвичскому каналу и через Массачусетский залив Сэм знал, что курс его неизменен. В Глосторе он задержался всего на день, и затем, подгоняемый сексуальным нетерпением, снова устремился на север, в направлении Маквид-Пойнта. Он уже и не пытался обмануть себя тем, что это путешествие — всего лишь отдых от повседневной работы на судостроительной верфи. Формально он, конечно, шел на север по делам: нужно было наконец раз и навсегда решить вопрос о владении верфью. Лайман как партнер висел у него на шее камнем. Он должен заставить своего братца взглянуть на вещи трезво. И тот факт, что Нора вышла замуж за Лаймана Камерона, а не за него, здесь совершенно ни при чем.
Шлюп продолжал свой бег, а Сэм бездельничал у румпеля, предаваясь мечтам. За ветром, небом и морем он следил почти машинально и почти всецело был поглощен мыслями о Норе, воспоминаниями о ней, предвкушением новой встречи.
Рыбачью плоскодонку он заметил, оказавшись от нее на довольно близком расстоянии. Она то взбиралась на гребни серых волн, набегавших с юго-востока, то срывалась с них. Небо отражало угрюмое настроение водной стихии. Свет заходящего солнца желтовато-тревожной пеленой угасал за ближайшим мысом. Было холодно. Ветер резкими порывами подгонял шлюп к дрейфующей лодке.
«Холидей» дрожал под давлением ветра на парус и через руль передавал эту дрожь чувствительным пальцам Сэма. Лодка казалась пустой, однако если в коварных водах Мэна произошел несчастный случай с драгером или ловцом омаров, тот мог укрыться за планширом. Сэм изменил курс и стал ждать, пока расстояние между ним и лодкой сократится.
Слева по борту над водой поднималась невысокая хребтина Маквид-Пойнта, напоминавшего своими очертаниями тушу кита. Еще дальше виднелись разбросанные по воде, как пригоршня голышей, небольшие островки. Чуть западнее, на берегу, прикрытом легкой дымкой, стояла крошечная рыбацкая деревушка и курортный городишко Хаддемспорт, удобно расположившийся среди сосновых рощ, песчаных дюн и скал.
Откуда-то с верхней точки Маквид-Пойнта по глазам Сэма полоснул слепящий свет. Он посмотрел в ту сторону, но ничего не смог разглядеть из-за большого расстояния. Только теперь он пожалел, что не прихватил с собой матраса. Он рискнул переложить парус, развернув шлюп кормой к ветру, затем ослабил его, позволив «Холидею» скользить в направлении пустой рыбачьей лодки.
Ее могло унести ветром от пристани или с берега при приливе. В таком случае ему не стоило маневрировать, чтобы подойти к ней. Он видел тянущийся за лодкой фалинь, слышал поскрипывание уключин, вызываемое качкой. Неожиданно сверху на лодку спикировала чайка, громко закричала и тут же унеслась прочь.
