Капоне удобно развалился в кресле, свесив голову на левое плечо, и лежал мирно, вроде - спал. Труп Дарьи сидел на стуле прямо, труп Эржбеты – опираясь руками на столешницу. Каддафи покоился, раскинув конечности, с отвисшей челюстью и дыркой во лбу. Холмс лежал в позе «мордой об стол».
С большим удовольствием он упал бы мордой в салат оливье, однако, того блюда под рукой не оказалось. Кок Прелати поленился нарезать. Он вообще ни с одной из своих обязанностей не справлялся в соответствии с условиями контракта: вовремя и прилежно. А зарплату требовал получать в срок! Лишить бы его один раз гонорара - за наглость характера, посмотрели бы, как он тогда запищал, безбородый обманщик, вымогатель незаработанного...
10.
Непрезентабельный вид мертвецов не пробудил в душе девушки ни искры сочувствия: они заслужили, что получили.
- Где муж? – спросила Жаннет, испытывая позыв к раздражению, подозревая очередную ловушку.
- Скоро увидишь. Сначала прикоснись к Альфонсо.
- Зачем это? – В голосе ее чувствовалось зло и желание сопротивляться.
Что соответствовало действительности: Жаннет начинала выходить из себя. Из-за этого плута Франческо. По какому праву он ей врет? Почему приказывает? Не будет она его больше слушать! Надоело. Особенно его небритая морда и первобытный цинизм. Не собирается она продолжать участвовать в играх, правил которых не понимает, исполнять чужую волю наперекор своей. Все, хватит! Не хочет больше быть марионеткой колдуна - интеллектом до нее недорос. Пусть справляется один, а Жаннет в свои темные делишки не вовлекает.
Ее внутреннее возмущение его не тронуло.
- Прикоснись, чтобы оживить, - попросил приказным тоном колдун.
- Не хочу его оживлять! Он меня убить хотел. Заслужил высшую меру наказания. Пусть теперь на том свете битой размахивает, а меня оставит в покое, - прокричала Жаннет и хотела было отвернуться. Но вовремя вспомнила наказ бабки держать врагов в поле зрения. Так и осталась стоять перед Прелати - со взором, пылающим неповиновением, и сжатыми решительно губами.
Колдун взял ее за плечи.
- Дорогая...
- Я тебе не «дорогая»! Попрошу без фамильярностей! Ты мне не тычь и убери руки с плеч! Не забывай свое место. Ты мне не ровня - лакей, насильник, алхимик, мошенник, охальник, шеф-кок...
Бац! Получила пощечину.
Пришла в себя. Как нельзя вовремя. Кажется, она потеряла контроль над эмоциями, чего делать категорически нельзя. Это может отвлечь на второстепенное, усыпить бдительность, а там и до роковой ошибки недалеко.
Кстати, об ошибке. Прелати – чуть ли не единственный, кто не высказался про Синюю Бороду. А ведь он стоял к барону ближе всех, значит знал о нем самые сокровенные тайны. Почему свою версию до сих пор не представил? Странно.
- Я уже представлял, ты забыла.
- Это была слишком неправдоподобная версия. Я не забыла, просто не поверила.
- Скоро услышишь мое мнение насчет хозяина, если так уж интересно, - сказал колдун. – Сначала прикоснись к каждому трупу, Жанна. Ты единственная, кто может их вернуть к жизни. Это в настоящий момент для тебя важнее всего. Можешь мне единственный раз поверить.
Верить мошеннику не хотелось, однако, серьезность его тона убеждала в обратном. Вдобавок пощечина поостудила ее воинствующий пыл. В самом деле - чего это Жаннет на него взъелась, обзываться начала? Прелати – такой негодяй, какой есть. Не исправишь, не переделаешь. Нужно знать его натуру и приспосабливаться.
Девушка согласно кивнула, толкнула Альфонсо за плечо. Тот вздрогнул, открыл глаза, зевнул, потянулся, словно только что проснулся и возвращался к жизни из глубокого забытья.
- Как долго я спал?
- Как в сказке – тридцать лет и три года, - без улыбки пошутил Франческо. - Теперь ты - богатырь, вставай, иди сражайся с чудовищами.
- Чем сражаться, где мой кольт?
- Разрядился.
- А бита?
- Верблюд сжевал.
- Что же ты мне предлагаешь голыми руками с драконами махаться? Если нет оружия, тогда я опять спать пошел... – сказал Капоне и поерзал в кресле, приготовившись снова принять сонную позу.
- Я тебе пойду спать! – прикрикнул Прелати. – Вставай, макаронная твоя душа. Иначе до конца твоей загробной жизни не дам спагетти из глистов-солитеров попробовать!
Угроза подействовала. Капоне вскочил, как уколотый прививкой в мягкое место, и начал прохаживаться, размахивать руками, приседать, наклонять к плечам голову, воостанавливая кровообращение.
Жаннет опасливо подошла к Салтычихе. Тронула за плечо – никакого эффекта. Понятно – сначала следовало поставить на место голову. Именно этого она делать не собиралась. По брезгливости: слишком грязное занятие – возиться в чужой крови. Лишь опасливо, двумя пальцами сняла с головы полотенце – максимум, на что могла рассчитывать Дарья.
- Дальше сама, - небрежно сказала Жаннет. - Наш супермаркет на самообслуживании.
