«Мягковата, – решила она. – И влажная».
– Что вы расследуете?
– Убийство, Натали Копперфильд и Бика Байсона. Вам эти имена знакомы?
– Нет.
– Насколько я понимаю, новости по телевизору вы не смотрите, газет не читаете. – Ева выразительно взглянула на огромный экран в темной деревянной раме на стене. – Эти люди были убиты три дня назад, каждый в своей квартире. Оба они работали в аудиторской фирме Слоуна, Майерса и Крауса. А знаете, что самое забавное? Натали Копперфильд занималась финансовыми делами вашего головного предприятия. И тем не менее ее имя вам ничего не говорит?
– Я не запоминаю имена всех, о ком мог слышать или читать. Я очень занятой человек, делами, о которых вы говорите, занимается Элин… моя ассистентка.
– Мне известно о мисс Копперфильд, – включилась в разговор Бруберри. – Какое отношение ее смерть имеет к нашей компании?
– Сейчас вопросы задаю я, – отчеканила Ева. – Где вы были, мистер Кавендиш, три дня назад между полуночью и тремя часами ночи?
– Дома, в постели. Со своей женой.
Ева подняла брови с хорошо разыгранным удивлением.
– Вы не помните имена двух человек, о которых трубит вся пресса, но, ни минуты не раздумывая, не сверяясь с ежедневником, сообщаете мне, где вы были ночью трое суток назад?
– В это время ночи?! Дома, – повторил он. – В постели.
– У вас были контакты с мисс Копперфильд или мистером Байсоном?
– Нет.
– Странно. Вам не кажется странным, детектив, – обратилась Ева к Пибоди, – что мистер Кавендиш не имел никаких, даже самомалейших контактов с лицом, ответственным за ведение счетов его фирмы?
– Должна признаться, лейтенант, это действительно странно. Вот возьмите, например, меня: я того парня, что мне в управлении зарплату выдает, по имени знаю и ни с кем не спутаю.
– Возможно, я когда-то и встречался…
– Я встречалась и состояла в переписке с мисс Копперфильд, – вмешалась Бруберри, – когда в этом была необходимость. В основном дела такого рода решаются в нашем головном представительстве в Лондоне.
– Ну а здесь вы что делаете? – спросила Ева, обращаясь к Кавендишу.
– Я представляю интересы нашей фирмы в Нью-Йорке.
– И что это значит?
– Именно то, что я сказал.
– Исчерпывающий ответ. И вы также представляете юридические интересы Лурдес К. Макдермотт, которая была клиенткой Бика Байсона.
– Миссис Макдермотт является родственницей. Естественно, ее представляет наша фирма. Кто ее финансовый менеджер, я не знаю.
– Да ну? Вот черт, похоже, в этой вашей лавочке одна рука не знает, что делает другая. Это во-первых. А во-вторых, я не упоминала, что Байсон был ее финансовым менеджером. Я только сказала, что она клиентка.
Кавендиш подтянул узел галстука. «Красноречивый жест», – подумала Ева.
– Я высказал предположение.
– Ну, раз уж мы все равно этим занимаемся, где вы были в ночь убийств, мисс Бруберри?
– Дома. Я легла спать еще до полуночи.
– Одна?
– Да, я живу одна. Боюсь, что время, которое может уделить вам мистер Кавендиш, истекло.
Ева неспешно поднялась с кресла.
– Благодарю вас за сотрудничество. О! – продолжала она, как будто спохватившись. – Ваша фирма представляет… – Она вынула записную книжку, словно проверяя название, – …Фонд Баллока.
И тут она заметила, как мелкая рябь прошла по лицу Кавендиша. Челюсть дрогнула. Глаза опять забегали. Пальцы вновь потянулись к узлу галстука.
– Совершенно верно.
– Миссис Мадлен Баллок и мистер Уинфилд Чейз недавно были в городе. Полагаю, вы встречались с ними, пока они были здесь.
– Я…
– Миссис Баллок и мистер Чейз встречались с мистером Кавендишем за ланчем. Это было… позвольте… в понедельник. В двенадцать тридцать, – уточнила Бруберри.
– У вас была встреча с ними и ланч… Это было здесь? У вас в конторе?
– Именно так, – раздраженно отрезала Бруберри, не давая Кавендишу открыть рот. – Если желаете, у меня сохранилась запись обеденного меню. Вас это интересует?
– Я дам вам знать. Что ж, беседа прошла плодотворно. Спасибо, что уделили нам время. – Ева повернулась, собираясь уйти, но на пороге остановилась. – А знаете, это все-таки странно: вы трудитесь, не покладая рук, представляете интересы вашей фирмы в Нью-Йорке, но не находите нужным регулярно встречаться со старшим аудитором, курирующим финансовые дела фирмы.
На это Кавендиш ничего не ответил.
– Я вас провожу, – сказала Бруберри.
– Не трудитесь. Мы сами справимся.
– Они что-то скрывают, – заметила Пибоди, когда они вышли на улицу.
– Ты в самую точку попала. Этот тип весь состоит из вины и страха, у него это на лбу написано. Но еще неизвестно, что мы там найдем. Может, он от жены гуляет или носит женское белье.
– Или и то и другое, если он гуляет от жены со своей ассистенткой. В этом дуэте штаны наверняка носит она.
– Это ты опять же верно подметила. Глупо было врать насчет знакомства с Копперфильд. А он соврал.
– Надутый индюк. Ну, понимаешь, – объяснила Пибоди, поймав удивленный взгляд Евы, – он рассуждает так: «Я слишком важный, чтобы знать мелких людишек». К тому же для него это способ отстраниться от большой заварухи.
