К выбору будущей профессии Петуния подошла крайне ответственно и выбрала факультет экономики, справедливо рассудив, что уметь грамотно распоряжаться деньгами одинаково полезно и в маггловском, и в волшебном мире. Особенно в волшебном. Впервые расспросив Северуса и Люциуса о Гринготтсе, она просто ушам своим не поверила. Гринготтс, гордо именуемый банком, по сути своей был простым складом драгоценностей, при котором гоблины выполняли роль не банкиров, а охранников. Всё, что они умели — это менять фунты на галлеоны, охранять сейфы и гордиться своим «невмешательством» в дела волшебников. Инвестиции, проценты, рента — похоже они о подобных вещах даже не слышали! Сокровища лежали в сейфах мёртвым грузом, и каждый, кто желал заработать на собственном капитале, должен был сам вертеться, как умеет. Петуния хотела «уметь» хорошо. Северус вне всяких сомнений был не просто талантлив, а гениален во многих областях, но эффективно распоряжаться деньгами так и не научился. У Люциуса дела с финансами обстояли куда лучше, и он явно имел врождённый нюх на прибыль, но, несмотря на прикладываемые усилия, продолжал плохо ориентироваться в маггловском бизнесе. Так, например, он искренне не понимал, зачем покупать акции чужих компаний, и почему магглы вообще стремятся поделиться частью своего бизнеса с совершенно посторонними людьми? Для волшебников, по её наблюдениям, вообще существовало только «здесь и сейчас», то есть обмен товара на деньги и ничего более. Кредиты, рассроченные платежи, акции, долгосрочные инвестиции, лизинг, аренда, оптовые скидки были для них терминами странными и не вполне понятными. А вот для Петунии замужество за Верноном, как оказалось, не прошло бесследно, и она уже сейчас, без всякого образования, могла точно сказать, как можно сэкономить на налогах, на чём получить хорошую скидку, и где просто взять в аренду то, что Малфой собирался покупать за полную стоимость. Майк был хорошо приспособлен к маггловскому бизнесу, но на нём и так лежали все обязанности по строительству, и разбираться ещё и с финансовой стороной у него не было ни сил, ни времени, а между тем дела у новой фирмы потихоньку пошли в гору.
С тех пор как строительство бассейна было завершено, Малфой-менор стал местом намного более оживлённым. Люциус и Нарцисса то и дело приглашали гостей и устраивали вечеринки, вовсю подталкивая знакомых к решению вслед за ними обзавестись модной новинкой. Первый в волшебной Британии бассейн был построен с размахом. Малфои, и без того привыкшие выбирать всё самое лучшее, превзошли сами себя, прекрасно понимая, что от того, насколько впечатляющим выйдет образец, напрямую будет зависеть успех начатого дела. Гости относились к идее с интересом и, раз попробовав непривычные развлечения, с удовольствием делились впечатлениями со знакомыми. Правда, и здесь без курьёзных происшествий не обходилось. Так Гордиан Эйвери, не пожелавший надеть плавки, съехал по серпантину в традиционной мантии и, в результате, плюхнулся в бассейн кулём, причём подол мантии у него почему-то оказался на голове, а на обозрении друзей очутился голый филей. Нижнее бельё многие из представителей старых семей не жаловали. Неизвестно как, но об этом случае прознали очень многие, и впоследствии все желающие опробовать непривычное развлечение безропотно влезали в придуманные Нарциссой рекламные образцы плавок и купальников, потихоньку привыкая не только к новому досугу, но и к новой моде. Разнообразием развлечений волшебный мир своих обитателей не баловал, стоит ли удивляться, что вскоре на компанию «Magicae aquae» обрушился шквал заказов.
Северус работал как проклятый и не менее ста раз на день поминал Мордреда, Моргану и противоестественные связи гриндилоу с дементорами. Люциуса Малфоя он тоже костерил постоянно, ведь именно из-за его интриг вместе с желанной работой над созданием заклинаний на него обрушилась лавина хорошо оплачиваемых, но совершенно нежеланных в данный момент заказов на зелья. Понимая, что имя нужно делать, пока возможность сама идёт в руки, Северус крутился, как белка в колесе, стараясь успеть всё на свете.
В марте к уже имеющимся делам прибавились и настойчивые просьбы от французской клиники, и ему пришлось согласиться на уговоры Гарри, позволив тому понемногу помогать с подготовкой ингредиентов. Правда, после того как Поттер из-за невнимательности и баловства перепортил кучу ингредиентов, он был не только отлучён от высочайшего искусства, но и получил наказание в виде запрета на посещение лаборатории до конца учебного года. Раскаиваясь и признавая, что наказан по справедливости, Гарри приложил все силы, чтобы больше не создавать проблем хотя бы в школе.
Очередной визит Дингла пришёлся на середину апреля, и Северус ему даже обрадовался. Нашёлся наконец-то объект, на который можно было выплеснуть накопившиеся за последние месяцы усталость и раздражение! Удовлетворённо отметив про себя, что после столкновения с соседским автомобилем Дингл перестал накладывать чары от магглов, Снейп отправил Малфою патронуса.