– Я подумал, может быть, предыдущий Наследник сможет мне больше рассказать о своей силе? Где он сейчас?
– Это было очень давно, мой мальчик, – ответил Элай, пряча глаза.
– Но неужели не осталось никаких записей?
– Я не могу тебе с этим помочь, Джош. Я ничего об этом не знаю. – ответил Элай с нотками раздражения в голосе.
– Хорошо, Элай. Как скажешь. Ты просил меня прийти, зачем?
– Видишь ли, Джош, члены моего Ордена до сих пор не выяснили, что именно вызывает нарушение баланса и где та черта, после которой все начинает идти неправильно. Именно поэтому мы собираем так много сведений. Я знаю, что ты тоже хочешь выяснить причины нарушения баланса. Поэтому я прошу тебя собрать как можно больше сведений, возможно, среди них окажутся те, о которых мой Орден еще не знает.
– Хорошо, – удивленно ответил я, – это все, зачем ты меня позвал?
– Мир людей, в котором нарушается баланс должен быть уничтожен, Джош. Иначе Осириус погрузится во тьму, его охватит хаос. Этого мы допустить не можем. Должен тебе признаться: в любое время – появление Наследника в Осириусе означает, что мир людей покидает гармония, и его уничтожение – это вопрос времени, – Элай на секунду задумался и его взгляд стал печальным. – Но всегда есть второй шанс. Именно для этого собранные тобой сведения и могут понадобиться. Чтобы создать новый мир и не допустить в нем нарушение баланса. Возможно, ты найдешь ответ на этот вопрос.
– Но я не хочу уничтожать Землю. Я хочу попытаться спасти ее и сделаю для этого все!
– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, мой мальчик. Ты считаешь, что я бессердечен, разговаривая вот так запросто с тобой об уничтожении целого мира. Но вот что я тебе скажу: ты должен быть максимально объективен. У тебя нет права на ошибку. Ты должен отправиться на Землю с пустой головой, без каких-либо пристрастий. Это тебе поможет понять то, что ты хочешь. Поверь мне, мальчик, это просто необходимо. От твоего решения будет зависеть не только судьба людей, но и судьба Осириуса.
– Предыдущие Наследники тоже были объективны?
– Предыдущие никогда не пытались понять людей. Они лишь делали то, что от них требовалось. Но ты – совсем другое дело. Ты необычный Наследник! Я это сразу понял и говорил об этом твоему отцу! Ты – сын Бога и Наследник – в тебе, должно быть, заключена огромная сила. И я понимаю твое стремление спасти мир людей. Но я прошу тебя быть объективным ради нашего мира! Осириус не переживет нарушение баланса. И если тебе хоть что-то или кто-то дороги в нашем мире – ты сделаешь правильный выбор!
Я понял, что Элай знает про мои чувства к Леа. Но то, что он пытается этим манипулировать, привело меня в ярость.
– Если таким образом ты пытаешься меня переубедить спасать мир людей, то это не сработает! Я все равно отправлюсь туда, даже если вы вместе с Отцом будете пытаться удерживать меня здесь!
– Никто не имеет права удерживать Наследника, Джош. Просто я хочу, чтобы ты не питал иллюзий к человечеству. Ты считаешь, что они должны быть спасены, потому что твоя мать погибла, спасая маленькую девочку. Но поверь, возможно, это всего лишь доказывает, что человечеству конец!
– Я не хочу больше слушать это! Ты считаешь, что знаешь меня, но ты ошибаешься. И твои речи и намеки не помогут тебе манипулировать мной! Ты хочешь сказать, что я должен забыть, что случилось тогда?! Мою мать казнили на моих глазах! И ты мне говоришь забыть?! Ну уж нет! Я помню и буду помнить всегда! Так что не надо мне больше ничего говорить, Элай! Я сам решу судьбу человечества! – я вышел из покоев Элая хлопнув дверью.
– Если после появления Наследника не удается исправить баланс, то человечество ждет уничтожение. Нельзя сохранить оба мира при нарушенном балансе. Тебе придется выбирать: погибнут оба мира или только один! – кричал Элай мне вслед.
Не такого разговора я ждал! Я шел очень быстро, почти бежал, и даже сбил по дороге нескольких послушников с ног. Никто не смеет стоять у меня на пути!
Придя на площадь Хранителей, я остановился, чтобы отдышаться. Она была пустынна, наступили сумерки, и все ангелы спешили по домам. Во мне бушевало пламя, никогда я еще не испытывал такой ярости. Они смеют меня переубеждать, те кто убил мою мать! А Элай вообще остался в стороне. Подумаешь, не разговаривал с Отцом! А выступить против него открыто струсил! И что бы он ни говорил, своя шкура была ему дороже. Еще бы! Кто посмел бы пойти против самого Бога! Но я его сын. И я сам решу, что мне делать.
Наступило утро следующего дня. Первые лучи солнца едва касались своими теплыми всполохами верхушек деревьев, растущих у моего окна. Я открыл глаза и, увидев солнце, обрадовался, что вчерашний день миновал, и сегодня я отправлюсь на Землю. Мне необходимо было попасть в зал, где располагался портал, ведущий на Землю. Но у меня еще было время, и я решил насладиться этим утром как можно дольше. Я лежал и думал о Леа. Интересно, где она? Наверное, опять наблюдает за той душой, ее связь с ней и вправду необычна.
