Потому солнар просто повернулся, возвел руки вверх и окружил комнату почти прозрачной водной пеленой, через которую ничего нельзя было услышать. Сил на это ушло немало, но дать своей Богине возможность говорить спокойно он был обязан.
И секреты ее не должны покинуть этой комнаты. Никто не должен услышать то, что она могла сказать, если пожелает.
– Что произошло? – спросил он.
– Раган явился смертным на острове.
– Явился… – повторил он. – Хотя это и неудивительно. У Бога Тьмы свое отношение ко всему этому. Но как вы об этом узнали?
–
– Под «ним» вы подразумеваете смертного, что удостоился чести быть вашим героем?
– Именно так.
Солнар кивнул.
– И что произошло?
– Он позвал, и я явилась, закрыв их от Рагана.
– Он был зол или рад?
– Рад, конечно. И я была рада. Мы столько не виделись, что в какой-то момент вся моя злость ушла и злодеяния, что он совершил, забылись. Я была счастлива находиться рядом в тот момент. Не думала, что у кого-то может быть надо мной такая власть.
– Вы любили его, моя госпожа. И нет ничего удивительного в вашей реакции.
– Думаешь? – посмотрела на него Богиня. – А мне кажется, что я не должна была позволять себе этого. Да, это мой муж, но он предпочел уйти и совершил много ужасных поступков. Раган хочет завоевать себе мир и не только. Я не могу испытывать к нему тепло.
– Поэтому вы столько тысячелетий одна? – усмехнулся солнар. – Моя Богиня, молю вас, не лгите себе. Что бы там ни сотворил Бог Тьмы, и как бы мы с вами ни старались это остановить, он был и есть единственный, кто предназначен для вас. От этого вам будет так же тяжело, как и спокойно.
– Вроде я тут старше и прожила столько, что впору стать камнем. Откуда же в тебе столько мудрости, друг мой?
– Любовь, моя госпожа, – улыбнулся Лаарн, – порой туманит разум, наталкивает на неправильные выводы и заставляет совершать необдуманные поступки.
– Но так принято у смертных.
– А от кого они произошли и чьи взгляды переняли, моя Богиня?
Она промолчала. Потому что спорить было бессмысленно. Солнар был прав.
– Как отреагировали смертные? – решил перевести он разговор, заметив ее настроение.
– Были в ужасе перед ним и рады мне.
– А тот?
– В своей манере. Ни во что меня не ставит, – хмыкнула она. – Может, испытывает толику страха и уважения, но общается скорее на равных.
– Он глуп.
– И это вызывает во мне смешанные чувства.
– Смертный, моя госпожа. Через несколько лет вы о нем забудете. Его жизнь пролетит за мгновение, как и все остальные, возможно, оставив после себя немного воспоминаний. Но в итоге его ждет очевидный конец: так всегда было и будет.
– Верно.
Журчала вода, что концентрировалась в небольшом фонтане в центре купели. Эйнелин опустила взгляд на свои ноги, продолжив водить ими под водой.
– Богиня, прошу простить…
Еще один солнар вошел в купель, отодвинув свисающие вокруг помещения занавеси.
Чары Лаарна, что отгораживали их ото всех, перестали действовать.
Она не поворачивала головы в его сторону, но ожидала продолжения.
– Бог Ночи, Благословленный Ноземур, жаждет встречи с вами, – проговорил солнар, поклонившись. – Я отвел его под навес на улице.
– Подай моему брату вина, – протянула Богиня. – Я сейчас подойду.
Брат и правда ждал ее под навесом, развалившись на топчане и пробуя молодое вино, что только сегодня днем принес ей Оридар.
– Ты, и правда, получаешь только лучшее, – усмехнулся Ноземур. – Уверен, я бы только через несколько дней попробовал это вино. Бог Плодородия всегда любил тебя больше.
– Боюсь, ты неправ, – улыбнулась Богиня, присаживаясь рядом и беря другой бокал, который подготовил для нее солнар. – Больше всего он любит своего отца, а уже потом выказывает мне свое почтение.
– И все же лучшее вино он относит на пробу тебе.
Богиня ничего на это не ответила. То было правдой. Оридар приносил ей на пробу все свои творения. На то были свои давние причины.
– Так что тебя привело ко мне, брат? – спросила Эйнелин. – Не думаю, что ты решил раньше времени опробовать вино.
– Моя жена беспокоится.
– Правда?
– Ты вызываешь подозрения.
– И чем же?
Богиня посмотрела на Бога Ночи. На лице его не было никакого напряжения, как, впрочем, и радости от встречи. Серьезность была его частым спутником, но рядом с ней он всегда мог отпустить себя и просто повеселиться, как в старые добрые.
– Она просто обратила внимание, что ты очень давно не посещала никаких пиршеств. Это бред. Но и твое отсутствие возбудило в ней подозрения. Ничего не могу сказать насчет этого, каждый из нас живет в свое удовольствие…
– Но? – Богиня склонила голову набок, зная, что последует продолжение.
– Но, – кивнул Ноземур, – я знаю тебя, Эйна. Раньше ты никогда не стояла в стороне. И думаю, сейчас ты тоже этого не делаешь.
– В чем? – бровь Богини взлетела вверх.
– Осколки. Последнее время они не дают тебе покоя. Но что бы ты ни делала, Эйнелин, прошу тебя, будь осторожна. Боги уже все погрязли в сплетнях. В противном случае это все выльется против тебя, ведь на стороне Геранера большинство.