– Эй, как тебя зовут? – обратилась она к первому попавшемуся, но тот ничего не ответил, обошел Фергию, словно столб, направился к противоположному борту, постоял там, потом побрел назад, огибая встречных – по палубе точно так же шаталось еще несколько матросов.
– Где капитан Ойраль? – Альви поймал одного такого за руку, но тот посмотрел пустыми глазами, высвободился и сел у борта, глядя в никуда.
– Ничего не понимаю, – пробормотала Фергия. – Кыж? Куда тебя унесло, когда ты так нужен, а?
– Шаракки не любит солнце, – подал голос Игирид. – Ему больно.
– Как же вы прежде развлекались? В пустыне-то от солнца не скроешься!
– Рано утром и на закате, – пожал он могучими плечами. – Ночью. Днем тоже – но в воде. Я вспомнил – мне нравилось в воде. Она была не соленая. Чистая. На дне каждую песчинку видно… О чем это я?
– О Кыже, то есть Шаракки. Говоришь, он скрылся от солнца?
– Да. Но ты говори мне, что делать, шади. Я спрошу Шаракки, если сам не сумею помочь, – серьезно сказал Игирид.
Судя по выражению лица Фергии, ей очень хотелось узнать, каким образом общается наш странный новый друг с Кыжем, но она мучительным усилием воли сдержалась. И хорошо – не время и не место для таких разговоров.
– Тот, кто убил девочку и мужчину, все еще здесь? – спросила она наконец.
– Нет, – покачал бритой головой Игирид, и на его черепе заиграли солнечные блики. Интересно, у него щетина не отрастает, что ли? Или он не бритый, а просто лысый? Вроде молод еще… Тьфу ты, нашел о чем думать! – Его нет. И след совсем слабый. Давно ушел.
– Еще того не легче… – пробормотала Фергия. – Альви, давай найдем капитана, что ли? Где он может быть?
– Если не утонул, то у себя в каюте, хотя тут не угадаешь. Верно ты сказала – неладное что-то творится, на этом корабле в особенности. – Северянин отодвинул меня с дороги и уверенно направился на корму. – Взглянем-ка…
Альви угадал: капитан прятался у себя. Дверь он задвинул сундуком, но она поддалась нашим слаженным усилиям – Фергия, как обычно, утруждаться не пожелала. И, клянусь, не я один попятился, когда мы все-таки сломали эту дверь и услышали нечеловеческий вой, в котором едва можно было различить слово: «Уходи!»
Капитан забился в угол каюты, и, клянусь, в глазах у него не было ни проблеска мысли, как и у матросов. Разве что те не говорили, а этот выл и выл на одной ноте – уходи, уходи…
Мне и то не по себе сделалось от этого воя, а Игирид вовсе зажал уши и попятился, мотая головой:
– Я там подожду, шади! Снаружи!
– Только далеко не уходи, – рассеянно сказала Фергия.
– Фергия, может, успокоить его? – предложил Альви, убедившись, что Ойраль его не узнает. – Невозможно же слушать!
– Потерпи, он мне нужен в сознании. В том, что от него осталось, – уточнила Фергия, шаря среди разбросанных бумаг. Не похоже было, чтобы в каюте дрались, скорее, сам капитан метался в панике, ища, чем бы забаррикадировать вход. – Помоги – ты лучше знаешь, как должны выглядеть капитанские записи. Не мог же он нигде не отметить, что взял на борт кого-то чужого…
– Если тот хорошо заплатил… или заколдовал, – Альви взглянул на Ойраля, передернулся и тоже принялся рыться в бумагах, – то мог и не отметить.
– А почему вы так уверены, что здесь был чужой? – спросил я.
– Эйш… – Фергия тяжело вздохнула. – Сами подумайте, вы же умный… гм… человек!
Я не стал отвечать: говорить с ней – все равно что пытаться взнуздать ветер, как в Адмаре говорят, – отошел к стенке и принялся простукивать ее. Помнится, на погибшей галере капитан хранил кое-что ценное в тайнике, и… Точно, вот пустота!
С моей силой ничего не стоило проломить доски и выдернуть дверцу с мясом.
– Вы хоть предупреждайте, что ли… – произнесла Фергия, отшатнувшись, – мимо нее просвистела крупная щепка. – Есть там что-нибудь интересное?
– Ничего, – мрачно ответил я. Покрасовался, называется. Что толку, если в тайнике обнаружились только какие-то побрякушки? Ни записки, ничего подобного…
– Вот она! – Альви выудил из смятой, скинутой на пол постели толстую растрепанную книжищу.
Не знаю, как она называется по-корабельному, но помню, что в ней капитан обязан ежесуточно записывать происшествия или же отмечать их отсутствие. Наверно, нужно еще указывать курс, погодные приметы и прочие детали, но в это я никогда не вникал, врать не стану.
– Ну? – Фергия едва не столкнулась лбом с Альви, когда тот раскрыл книжищу на последней записи. – Что там?
Он посчитал по пальцам.
– Последняя запись, получается, сделана как раз в тот день, когда Ойраль отправил мне сообщение. Ну, о том, что они подзадержались из-за штиля. Только об этом тут ни слова. И о штиле тоже ничего: вот, смотри, в предыдущих записях сказано – ветер не самый благоприятный, но это хорошему моряку не помеха. А после уже ничего нет.
– Интересные дела… Есть там отметки о том, в какие порты заходил «Тюлень»?
Альви снова переворошил заляпанные страницы, затем пролистал записи с самого начала – то есть с момента отбытия «Тюленя» из северных морей – и покачал головой.
