Кирилл разделся, сложив вещи на спинку стула. Жарко и кондишин не включён. В одних боксёрских трусах парень пошёл на кухню. "Так. Кастрюли пустые Чистенькие в шкафчике стоят", подумал, глядя на пустую плиту и чистый разделочный стол." Ничего, утешил себя, -главное холодильник полный, а что-нибудь на скорую руку я смастерю". Есть пареньку хотелось зверски. Нервы. Стресс и повышенный обмен веществ.
Он слегка прикрыл кухонные жалюзи, потому что солнечный свет тяготил, да и слишком близко находились окна соседнего дома. А Романцевичу уже изрядно осточертели жившие в семействе Барановых две тринадцатилетние хулиганки. Любили подглядывать. Однажды даже сфоткали, а потом откровенно шантажировали. Пришлось Романцевичу устраивать разборки. Помогло, но, всё кто их знает, присмиревших то, осторожность ведь никогда не помешает.
Пока чайник закипал, он делал бутерброды. Ветчина, сыр, помидоры и белый хлеб. Задумался. Опять о Диане. "Да будь она проклята. Я что болен. Превращаюсь в мечтательного идиота. И это я то, двадцатитрёхлетний взрослый мужик". Резко зазвонил телефон.
- Алло?- бодро ответил Кирилл.
- Здорово ! Что у тебя с мобильником. Не дозвониться,- сухой, но всё же взволнованный голос Олега.
- Батарея села. А что случилось?
Олег звонил очень редко. В основном по делу.
- Угадай, кто сегодня в "Неон" припёрся?
- Кто?- нетерпеливо спросил Кирилл не любивший играть в угадайку.
-Папаша твой собственной персоной. Явился, не запылился. Мать его.
- Ох, ты сука. Чего он хотел?
- Дело у него ко мне было. Придётся тебе друг мой давать концерты где-то ещё.
- Чем он тебя заставил?- хрипло спросил Кирилл, прислоняясь к холодной настенной плитке.
Парень был в шоке. Расстроился - это ещё слабо сказано. А затем подавляя слёзы, накатила ярость. Блядство! Ненависть на отца буквально давила. Бар был его вторым домом. Отдушиной. Олег же был единственным настоящим другом.
- Он знает про Наташку. Он всё про меня знает. И может сильно надавить. Понимаешь?- , словно оправдываясь, произнес Олег.
- Ладно, Олег. Я всё понял. Спасибо, что позвонил и всё мне рассказал. Это корешь очень много для меня значит.
- Рад, что ты понимаешь, - явное облегчение в голосе.
- Всё нормально. Не переживай, я как-нибудь справлюсь.
-Держись, Кирюха! Если что, сразу звони!
- И ты не пропадай корешь. Встретимся как-нибудь!- попрощался Кирилл.
Разговор оборвался, а внутри пустота заполнила всё пространство внутри него, вытеснив собой всё хорошее, что произошло за последнее время, без сожалений и без скидок, оставив лишь горечь. Опустились плечи, комок подступил к горлу Кирилла. Тревога, сожаление сплелись в клубок, вертящийся в его голове. Снова придётся выступать в подземном переходе. На площади. На улице. Лишь бы слушали. И больше не будет благотворительных денег для детского фонда. Он не сможет помочь никому, даже себе. И придётся забыть про безумные планы уехать из этого города вместе с матерью, бросив всё.
Непростительная жалость к себе. Обида и злость комом застывшая в горле. Мешая вздохнуть. И слёзы, злые слёзы плёнкой нависли в глазах, но нет, он никогда в этой жизни после смерти Оксаны не будет он плакать. Никто и никогда не увидит его слез. Кирилл, обещания нужно держать. "Терпи мужик",- шепнул внутренний голос и парень сжал пальца в кулак. Думая, думая и в ярости обрушил кулак о стену. Боль отрезвляет.
Аппетит был потерян. Еда превратилась в фарс. Посидев за столом, сделав несколько глотков чёрного чая он вылил остатки в раковину. Нетронутые сэндвичи, поставил в холодильник. Оставив до лучших времён. "Тренировка вот, что мне нужно. Хорошая нагрузка быстро прочистит мозг". И желая единственного: отвлечься, парень направился в свою комнату, чтобы одеться и собрать сумку.
Покинув квартиру, вновь решил прогуляться пешком, потому что так будет легче. Быстрый темп ходьбы. Размеренный выдох и вдох и всё станет в порядке, а дальше, как бы там ни было он справиться, не может иначе.
Увидеть где он живет, было любопытно, поэтому Диана решила прогулять в место, где проводил большую часть суток Кирилл, её особая драгоценная жертва.
Окна, домов казалось окружали со всех сторон, располагаясь широким рядом в огромной и отчего-то безвкусной многоэтажке, они вперивались взглядами пустых стекол, за каждым из которых проживали отмеренный век люди.
Стоять на одном месте было не хорошо, поэтому, окинув в последний раз его окна, она собиралась уйти, недоумевая, почему пришла, зная, что парня нет дома. Диана никогда не была порывистой. Но вот что на неё нашло. Кирилл не здесь , а где-то ещё и почему-то она взгрустнула.
Диана вздохнула и пожала плечами- и вдруг громкое карканье воронья заполонившее небо, нарушило уединенную тишину, заставило вздрогнуть. Инстинкт левиафаном поднял свою голову из тёмных глубин всегда сосуществовавшей с Дианой бок о бок демонской сути и завопил. "Беда". Тревога. Беда". Липкий страх стек, по её спине оставляя неприятное чувство. Мысль. Нет, факт. Утверждение в ответе на простой вопрос. Как?
И всё же они пришли сюда.
