– Немного, – ответила она, только сейчас обратив внимание на свою позу. Колени ее были сжаты, руки скрещены на груди, плечи приподняты. Все это недвусмысленно свидетельствовало о том, что она неосознанно пыталась согреться.
Гордон вынул из ящика над их головами клетчатый плед и укрыл им Кристину. Теплая мягкая шерсть окутала ее сведенные плечи и закрыла ноги. Стало намного лучше.
Тем временем стюардесса начала разносить напитки, и Гордон попросил у нее две чашки кофе и круассаны.
– Уверен, вы не завтракали, – сказал он, ставя на столик небольшой поднос с ароматным горячим напитком, сливками и теплой выпечкой.
Кристина лишь согласно кивнула. Она грела пальцы о чашку и прислушивалась к внутренним ощущениям. Вслед за чисто физическим комфортом, вызванным теплом и удовольствием от хорошего кофе, ее душевная тревога потихоньку проходила и уступала место покою и расслабленности.
– Вы никак не отреагировали на мое предложение, – проговорил Гордон, откладывая салфетку. – Умышленно или нечаянно? Если умышленно, скажите мне, я пойму и не буду столь навязчив.
– Простите, а разве от вас поступило какое-то предложение? – непонимающе вскинула брови Кристина.
– Вас беспокоит цель вашего делового визита в Даллас, мисс Риверс, и я предложил вам свою помощь, – напомнил он, располагаясь в кресле так, чтобы видеть свою собеседницу, не поворачивая головы всякий раз, когда нужно было задать вопрос.
И Кристина, уже не удивляясь ни собеседнику, ни своей реакции на него, подробно рассказала Гордону о своей проблеме и о способах ее решения, которые с ее точки зрения, были наиболее эффективны.
Уже через полчаса они вполголоса живо обсуждали пункты спорного контракта. Кристина достала из кейса бумаги и разложила их на столике и на коленях. Брайт внимательно слушал ее и, быстро вникнув в суть дела, озвучил несколько неожиданных компромиссных идей.
Еще через полчаса чистые листы были исписаны вдоль и поперек юридическими и финансовыми терминами, схемами и цифрами. За это короткое время они вместе выработали настолько прочный фундамент ее аргументации, что Кристина только восхищенно качала головой, слушая приглушенный голос Гордона. Убирая документы в кейс, она была полностью уверена, что переговоры в «Робертс и Бентон» завершатся завтра в ее пользу.
В аэропорту, уже прощаясь, она протянула Брайту руку с мыслью о странных встречах, которыми полна жизнь.
– Спасибо вам за помощь. И за полет, – сказала она искренне.
Ей было приятно вновь чувствовать под ногами твердую землю, к тому же, в этот раз полет прошел совершенно незаметно.
– Это я должен благодарить вас за прекрасную компанию, – ответил Гордон, задерживая ее руку в своей. – Я могу вас подвезти? У меня здесь машина.
– Нет, спасибо, я возьму такси.
– Где вы остановились?
– В «Ренессансе», – ответила она после небольшой паузы.
– Да, достойный отель, я могу вас спокойно отпустить, – он тоже помолчал несколько секунд. – Ну что ж, удачи вам, Кристина, – он еще раз легко сжал ее пальцы и направился к стоянке автомобилей.
Поздно вечером она задумчиво расчесывала влажные волосы, сидя в кресле, в своем номере на четырнадцатом этаже фешенебельного отеля. Рядом, на ночном столике, стоял букет чудесных белых лилий. От полупрозрачных восковых лепестков исходил восхитительный аромат, уже заполнивший всю комнату. На острых листочках, служивших в качестве украшения, матово поблескивали маленькие разноцветные жемчужины. Букет был легким, изящным и в то же время роскошным.
Цветы доставили ей в номер почти сразу же после того, как она поднялась сюда на лифте. Не составило труда догадаться, кто послал ей этот потрясающий букет, хотя внутри она не нашла ни карточки, ни записки.
Кристина положила расческу на туалетный столик у зеркала, поднялась и вышла на балкон. Далеко внизу шумел ночной город, в который она попала впервые в жизни. Впрочем, ее это не смущало, скорее, наоборот.
Она всегда любила путешествия, переезды и, как это ни странно, отели. За их обезличенный уют, за возможность побыть в одиночестве, находясь при этом в людском муравейнике, где тебя никто не знает, и нет нужды с кем-то знакомиться и общаться, кроме, пожалуй, служащего у регистрационной стойки.
До нее доносились гудки машин, где-то играла музыка. К парадному входу отеля то и дело подъезжали дорогие автомобили. Наверное, в ресторане на первом этаже вечеринка по какому-нибудь торжественному поводу. Может быть, даже свадьба.
Судя по тишине в коридоре, соседей по этажу у нее не было или они уже легли спать. Тем лучше.
Самой ей спать совершенно не хотелось, несмотря на довольно поздний час и ранний подъем накануне. Наверное, сказывалось общее нервное напряжение перед предстоящими переговорами, но, в первую очередь, сильное впечатление от нового, пусть и мимолетного знакомства.
