– Знаете, всё это глупость, конечно, ― доносилось из радио. ― Люди в общей своей массе глупы, порочны и не способны как-либо управлять своей жизнью. Мы все, я в том числе, мечемся между двумя противоположностями: хороший парень ― плохой парень. А посередине есть ты настоящий. И вот мы танцуем на острие лезвия, обрезаясь каждый раз, как оступаемся. Вам не нужно бояться оступиться ― вы уже оступились. Остался вопрос как подняться, ― голос ненадолго умолк, но тут же продолжил. ― Она зашла слишком далеко. Одно дело наказать, заставить сделать правильный шаг, а другое ― убивать. Ваша собака пришла за вами, а собаки понимают людей лучше их самих. Вы должны понять, я долго сомневался, долго пытался осознать, что все мои исследования на самом деле лишь начало и идеала я уже не достигну. Только мои последователи. У меня не так много времени, денег, ресурсов, чтобы продолжать. Я просто хочу, чтобы вы поняли ― я не хотел вас убивать. И не хочу теперь. Попробуйте понять… неважно. Вы всё равно не слышите меня. Зачем я это говорю?
Кюнт схватил радио и потряс. Это было какое-то безумие. Ведь голос с той стороны говорил странные вещи, которые совершенно не соотносились с тем, что происходило.
– Всё, что вас окружает ― нереально. Нет, не совсем так. Оно реально только потому, что этот мир создаёт ваше сознание. Я могу дать вам права администратора, но если вы не осознаёте своего нахождения здесь, тогда они просто ничего не дадут. Я надеюсь, что вы меня слышите. Я не хочу, чтобы вы умерли. Это неправильно.
С улицы послышался звук разбитого стекла. Кюнт поставил радио, сделал несколько глубоких вдохов и пошёл посмотреть, что произошло.
***
Август стоял в зрительном зале. Он выглядел довольно странно в красной куртке и канистрой в руках. В воздухе пахло бензином.
– Вот и всё, ― сказал Август, ставя канистру на пол. ― Мы пришли к финалу.
– Я не понимаю зачем это тебе. Давай всё обсудим.
– Нет. Нечего обсуждать, ― Август достал зажигалку и поджёг её.
Кюнт отложил ружьё ― в нём всё равно не было смысла.
– Но ведь это нелогично. Зачем поджигать здание, если можно договориться?
– Потому что надо идти до конца.
Зажигалка выпала из разжатых пальцев и упала на сидение. Огонь вспыхнул через мгновение, распространившись по всему пространству вокруг. Слишком быстро. Нереально быстро.
Не-ре-аль-но.
Кюнт бросился вперёд, вцепившись в Августа. Он тогда уже всё понял, но ему требовалось подтверждение. Он знал, кто перед ним. Чувствовал. Помнил.
Лицо Августа, не лицо вовсе ― маска. Она сошла, открыв истину.
На Кюнта смотрел он сам.
– И что теперь, парень? Как тебе шутка? Вот он ты ― беспомощное создание, готовое принять поражение. Ну же, давай покончим с этим, ― говорил двойник. ― Закончим всё прямо сейчас.
Кюнт ударил точно в нос. Его противник упал, держась за лицо. Пальцы окрасились кровью.
– Ты ― это я. Хорошо. Но я ― это тоже ты.
Потребовалось немало труда, чтобы вытащить своего двойника из огня. Они шли по пылающему коридору, кашляя от дыма и стараясь не дышать слишком глубоко.
– Я понял, ― проговорил Кюнт. ― Теперь я всё понял. Я нашёл тебя, а ты меня. Понимаешь, что это значит?
– Нет.
– Ты Август. В августе умер отец. Я вспомнил.
– Идиот.
– Не могу не согласиться.
Они вывалились на улицу, жадно хватая ртом прохладный воздух.
– Ты идиот, но идиот сообразительный, ― простонал Август.
Когда Кюнт повернул голову, чтобы ответить, то его уже не было. За спиной пылало здание музея НЛО, а над головой чернело небо. Кюнт перевернулся на спину. Так он лежал очень долго, вглядываясь в незнакомое небо и вспоминал.
***
Асо поморщился, когда система выдала ошибку. Это должно быть болезненным для испытуемого. Мадлен всё так же лежала без движения. Она не сразу заметит изменения, а когда заметит, то будет поздно.
– Это действительно что-то необычное, ― проговорил Асо сам себе. ― Было бы жалко потерять такие исследования.
Он принялся изменять код и вносить новые команды. Его рука на мгновение зависла над кнопкой ввода. Асо бросил взгляд в сторону собаки, своих подопытных и, обречённо вздохнув, нажал на кнопку, запуская новый алгоритм. Следом он достал телефон и сделал звонок.
– Алекс Тейлор слушает.
– Добрый вечер, старший инспектор Тейлор. Приношу свои извинения за то, что звоню так поздно.
– Кто вы такой?
– Меня зовут Асо Хироми. Я знаю, что вы ищите своего друга и Мадлен О’Нил. Я готов сотрудничать в обмен на иммунитет и возможность пообщаться с вашим другом, после того как он придёт в себя.
Тот самый Мюнхаузен
В пустоте не было ничего. Пустота была ничем. Он тоже был никем ― пустотой. Мир за границами сознания не существовал. Мир внутри исчез. Был только он сам.
Его звали Курт Андерсон.
– Я готов, ― прошептал он и тут же прокричал что есть мочи. ― Ну же, чего ты ждёшь? Я готов!
– К чему ты готов?
