— Н-но… — на шессу экономку было больно смотреть. Она растерялась, глаза ее увеличились в размере едва ли не вдвое, рот перекосился, по бледным щекам пошли красные уродливые пятна. И женщина стала заикаться. — Э-т-то же н-н-неприлично. Э-т-то нарушает все заветы Богини.
— Вы считаете себя вправе читать мне лекции о приличиях? — мягко, очень мягко поинтересовался Рейджен, саркастически приподнимая одну бровь.
Этот замок его бесил. Заставлял возвращаться в прошлое. Вспоминать то, что вспоминать совершенно не было никакого желания. И эта сухопарая, суровая на вид, экономка еще больше выводила его из себя. Всей своей правильностью и праведностью, она бесила его больше, чем даже воспоминания о тех днях, что он провел в казематах Ларона несколько лет назад. Где же эта праведница была тогда? Почему во времена предыдущего хозяина она не сгребала с каминных полок украшения, не срывала со стен расшитые золотом гобелены, а с кроватей шелковые покрывала? Почему тогда она молчала и не выказывала свое неодобрение по поводу разврата, творимого в этих стенах?
А ведь прежний шиисс ШиЛарон был далеко не праведником. Чего только стоят его похождения в округе? А все те девушки. Что бесследно сгинули в его замке? Где эта мрачная, черная, словно ворона, экономка была тогда и почему не пыталась учить жизни прежнего своего хозяина.
И еще Рейджена злило, что экономка слишком много стала позволять себе в отсутствие хозяина. Ее братец-управляющий был, по первому впечатлению, весьма неплохим человеком, но уж слишком слабохарактерным и быстро поддающимся влиянию. Да, он честно исполнял свои обязанности, следил за порядков на землях, принадлежащих Рейджену, но к самому замку не имел никакого отношения. Тут целиком и полностью царствовала его сестрица. Рейджен бы не удивился, что она уже всерьез стала считать себя хозяйкой.
Шесса Граншар глубоко вздохнула, на миг закрыла глаза, а когда распахнула их снова, они сверкали точно сталь клинка.
— Как прикажете, — а вот в голосе ее откровенно слышалось порицание, неодобрение, и еще куча всяких эмоций.
— Вот и чудесно, — широко улыбнулся Рейджен. — Прикажите слугам перенести мои вещи в комнаты шииссы Анны. И пусть там же накрывают к ужину. После ужина я приму ванну.
Экономка вздрагивала от каждого слова и все больше и больше выпрямлялась. К концу речи Рейджена она уже напоминала длинную и прямую жердь.
— Как прикажете, — снова каркнула она и сухо поклонившись, удалилась.
— Старая перечница, — прошипел Рейджен.
— Зачем вы так? — тихо вступилась Анна. — Теперь она будет нас ненавидеть.
— Дорогая моя, — Рейджен повернулся к Анне лицом, — ее дело — беспрекословно выполнять мои приказы, ну и ваши тоже. И уж точно я не потерплю, чтобы мои слуги, в моем же доме, читали мне нравоучения за деньги, которые я им плачу. Этого не будет.
Анна лишь только вздохнула, не найдясь с ответом. Да и что она могла ответить? Сама еще не понимала, на каком положении здесь находится. Вернее, для всех она была хозяйкой, а вот для Рейджена? Ему ничего не будет стоить уже завтра выставить ее из замка.
— Или вы против? — Рейджен взял ее лицо за подбородок и заставил смотреть себе в глаза. — Вас не устраивает мое решение? Вы желаете разные спальни?
Анна постаралась улыбнуться. Она уже знала, что когда Рейджен обращается к ней вот так, на «вы», лучше соглашаться со всем, что он говорит.
— Анна? — нетерпеливо повторил мужчина.
— Н-нет… — нерешительно ответила девушка, пытаясь спрятать взгляд за ресницами. — Я не знаю. О, зачем вы мучаете меня такими вопросами? Я… я не знаю, я никогда раньше и…
— Я отдам распоряжение приготовить мне другую спальню, — холодно ответил Рейджен, отпуская ее лицо и отходя на шаг.
— Не надо, — шиисса тут же схватила его за рукав. — Я привыкну. Вы просто совершенно не даете мне времени. И я… я же и в самом деле никогда раньше не жила с мужчиной, вам ли не знать?
— Я рассчитываю, что в наших отношениях не будет лжи, — очень тихо ответил Рейджен. — И надеюсь, что ты в состоянии сказать мне, если тебя что-то не устраивает.
— Все в порядке, — тут же поспешила заверить его Анна. — Идемте ужинать. Правда, я не совсем уверена, что смогу с первого раза отыскать те комнаты, которые мне… нам, — тут же поправилась она с улыбкой, — выделили.
Рейджен улыбнулся, снова обнял ее за талию и повел к двери. А Анна, покорно следуя за ним, вдруг задумалась о том, что только что солгала. Причем нагло, глядя прямо в глаза мужчине, которого любит. Ведь любит же? Она тихонько, чтобы не привлечь его внимания, вздохнула и нахмурилась, только сейчас сообразив, что он ловко ушел в сторону от ответа на ее прямой вопрос. Назвал ее супругой только потому, будто бы решил, что так будет проще? Или просто пощадил ее стыдливость, не желая унижать, объявляя во всеуслышание простой любовницей и содержанкой?
Как сложно-то!