— Я вовсе не об этом, — продолжал отец. — Может быть, мы встретим его в нашей квартире, как раньше? Ты же знаешь традицию — как встретишь, так и проведёшь? По крайней мере, не в этих четырех стенах, а там кто знает, может это будет первым шагом к так называемой свободе.
— Пап, честно, я просто не хочу портить праздник ни себе, ни вам. А это гарантировано случится, если я покинул квартиру, — тяжело выдохнув, сказала Лис. — Но я обещаю подумать. И кстати, на счёт традиции, приму к сведению.
— Тогда мы с мамой будем надеяться на правильный ход твоих мыслей, — сказал он и подмигнул дочке.
Она подарила им надежду. Надежду на то, что возможно выберется из своего заточения и составит им компанию на свободе. Только вот в её голове давно был готов ответ, а подумать пообещала просто для того, чтобы лишний раз не расстраивать самых близких людей.
Обаятельный преследователь продолжал проникать во сны Элис, то пугая своим присутствием, то наоборот, даря надежду. Иногда он являлся к ней в образе обычного парня, живущего по соседству, а иногда тем, кем являлся на самом деле — известным артистом, покорителем женских сердец.
За три дня до нового года ей привиделся очень странный сон, который молниеносно врезался в память, а потом так же быстро оттуда выскользнул, вытесненный предпраздничными подготовками.
Элис сидела за столом, на котором стоял нетронутый салат, два длинных бокала и открытая бутылка шампанского. В квартире было так тихо, что если бы в окно влетела бабочка, можно было бы услышать звук её крыльев. Но за окном мела снежная пурга, поэтому никаких бабочек и в помине не было. Она была совсем одна, и это праздничное одиночество пожирало её изнутри.
Взглянув на часы, Элис взяла пульт и включила телевизор. Звуки из колонок разорвали тишину и наполнили комнату. На экране — мужчина в костюме на фоне главной городской достопримечательности. Он поднимает бокал шампанского и поздравляет её с Новым годом. Её и ещё 12 миллионов жителей города.
Элис берёт один из бокалов, подходит к экрану и легонько ударяет им по стеклу, будто чокаясь со своим воображаемым другом. Затем начинают бить куранты, а в глазах Элис начинают скапливаться слёзы.
Один… Два… Три… Как вдруг она слышит громкий стук в дверь, что от неожиданности бокал выскальзывает из её рук и разлетается на осколки по всему полу. Она направляется к двери, открывает…
На пороге стоит Ник, держа за руку светловолосую девушку.
— Мы ведь успели? — спрашивает он.
Элис ничего не отвечает, а лишь круглыми глазами смотрит на них, не понимая, что происходит.
Блондинка прячется за спиной Ника, но Элис хорошо разглядела её глаза: видимо от слёз по всему её лицу до самого подбородка тянулись тёмные подтёки туши.
— Хватит играть в прятки, выходи, — говорит ей Ник, и она резко выходит из-за его спины и с объятиями бросается на Элис…
От такого резкого действия Элис просыпается, вздрагивая всем телом. Первый панический вопрос, возникающий в её голове: "Неужели родители действительно могут оставить меня одну в новогоднюю ночь?"
А затем все детали сна прячутся в сознании и засыпают там. Засыпают до более подходящего момента.
В преддверии главного зимнего праздника снег всё же укрыл весь город большими пушистыми сугробами. Чёрные деревья, одевшись в белые платья, выглядели особенно сказочно: при одном взгляде на пейзажи за окном можно было писать живописные картины такой красоты, какой ещё свет не видывал. Удивительный город — он может до последнего момента стоять мрачным и серым, и лишь когда на календаре остаётся последний лист перекраситься в ослепительно белый цвет.
Машины как снежные шапки стояли вдоль дорог, отдыхая от вечных пробок. Все, кому важен этот праздник, уже давно оставили своих железных друзей на улице и нарезали десятки разнообразных салатов. Снег за окном летел крупными хлопьями, вмиг заметая последние следы запаздывающих празднователей.
Родители Элис хоть и с досадой, но понимающе приняли отказ дочери встречать Новый год в их квартире. В шесть часов вечера они уже были в гостях у Элис и все вместе занимались украшением дома и приготовлением праздничного стола.
— Ты уже придумала, что будешь загадывать сегодня? — пристраивая красный блестящий шар на еловую лапу, спросил отец.
— Да пап. Но, конечно же, рассказывать не буду, а то не сбудется.
— Это всё глупости. Главное вера в исполнение твоего желания, — серьезным взглядом осматривая полностью наряженную ёлку, произносит отец. — А ну, включай гирлянду!
Элис щёлкнула кнопку на проводке и вмиг ёлка залилась яркими огнями, а по стенам побежали разноцветные зайчики.
— Дорогая, поди, глянь! — крикнул он маме, которая в это время суетилась на кухне.
— Безупречно, как всегда, — сказала мама, входя в комнату. — Ох, ребята, до Нового года чуть больше часа, пора начинать накрывать на стол!
Белоснежная скатерть, вышитая красными узорами улеглась на стол. С кухни нескончаемыми рядами понеслись тарелки, наполненные различными вкусностями. Ещё несколько штрихов — приборы, бокалы, и вот праздничный стол во всей красе ожидает своего часа.
