Наказание десятикратным переписыванием учебника не отменяет необходимость посещать занятия в школе и готовиться к предстоящим экзаменам, поэтому у Наи совершенно не осталось времени на шалости. Прошёл уже целый месяц, а она за это время успела сделать всего три копии из десяти, хотя корпела над ними каждую ночь. Лун наблюдал за сестрой с искренним состраданием, потому что не привык видеть её такой удручённой. Сам факт наказания или усталость заставили эту неугомонную девчонку задуматься над своим поведением, но она изменилась - стала тихой и необычайно послушной. Ни с кем не спорила в школе, дома не пререкалась с братом и даже отказалась отправиться с наставником на прогулку в город смертных, сославшись на то, что у неё совсем нет времени на развлечения. Лорд Роэн тоже обратил внимание на эти изменения в характере питомицы и счёл, что наказал её слишком сурово. Он даже собирался отменить наказание, но именно в этот день Ная совершила очередной серьёзный проступок - она не просто поссорилась, а подралась в школе с другой ученицей. Конфликт можно было бы замять, если бы та ученица не являлась одним из личных фамильяров леди Аннелии Фай.
– Она первая начала! - визгливо чирикала щуплая пострадавшая девчушка, по своей истинной природе приходившаяся роднёй сойкам.
Она и похожа была на птичку - маленькая, худенькая, остроносая и невероятно бойкая. Рядом с ней Ная казалась просто мерилом спокойствия и невозмутимости.
– Тебе есть что сказать? - сухо спросил у неё Тан Роэн.
– Нет, - отрезала драконица, не обращая внимания на крупную каплю крови, стекающую вниз по щеке из глубокой царапины на скуле.
– Хорошо, тогда я выслушаю сначала её объяснения, - принял этот ответ лорд Роэн и обратил всё своё внимание на визгливую птичку.
По словам этой девчонки, Ная напала на неё первой - без какой-либо причины. Просто подошла, ударила, а потом вцепилась в волосы, повалила на пол и начала бить изо всех сил. Сил у дракона, конечно, побольше, чем у сойки, и в этом-то как раз заключалось противоречие. Если бы Ная действительно хотела причинить этой девушке вред, ей бы одного удара хватило, чтобы звонкоголосая противница свалилась на пол без чувств и пребывала в таком состоянии несколько дней кряду. Выслушивая лживые обвинения, Тан Роэн ждал - не возражений от Наи, а жажды справедливости от других учениц. Во время драки в классе присутствовали восемнадцать девушек, включая дерущихся. Неужели из шестнадцати очевидцев никто не осмелится заступиться за Наю только потому, что её противником оказался фамильяр будущей императрицы?
О помолвке императора Ньюэ с леди Аннелией Фай было объявлено несколько дней назад. Весть быстро облетела все уголки не только царства бессмертных, но и других царств тоже. Кроме царства мёртвых, конечно же, ведь мёртвым до брачных союзов живых нет никакого дела. Дарэл Ньюэ уже получил поздравления и от короля Шаэна, и от владыки духов Динтина Хуо, и даже от владыки демонов Лероя Нитаэна, хотя было доподлинно известно, что последний недавно покинул Огненные Пустоши и отправился в морское путешествие с приличной частью своего войска. Несмотря на то, что церемония бракосочетания состоится только через два месяца, небожителям официально разрешено называть леди Фай императрицей, а соответствующее отношение к её новому статусу стало обязательным. Естественно, после всего этого повыше задрали носы не только слуги будущей супруги правителя, но и её фамильяры. Пострадавшая от кулаков Наи сойка точно стала вести себя более надменно, что заметили все наставники школы. Это было вполне естественно и ожидаемо, но Тан Роэн очень хотел знать, насколько подобострастие и преклонение пред статусами ценится фамильярами выше справедливости. Ждать ему пришлось долго. Так долго, что растрёпанная птичка даже устала жаловаться. Увы, справедливости основатель школы так и не дождался.
– Весь класс с завтрашнего дня присоединяется к ученикам первого года и начинает обучение с самого начала. До экзаменов никто из вас допущен не будет. О причинах подумайте сами, - сообщил лорд Роэн девушкам о своём решении.
Его слова, конечно же, вызвали много шума и возражений, но суровый наставник не стал никого слушать. Он прекрасно понимал, что скоро будет вынужден давать ответы уже не фамильярам, а их владельцам, но это - меньшее из предсказуемых зол.
– Сиена и Ная идут со мной, а остальные на сегодня могут быть свободны, - высказал он следующее распоряжение и повернулся к ученицам спиной, нисколько не сомневаясь в том, что провинившиеся девушки последуют за ним.
