Я понимал, более того, в мечтах и наяву грезил о действенном методе избавления от этого бесконечного метания по кругам ада. Без толку. Все, за что бы мы не взялись, изначально претерпевало неудачу за неудачей. Мердок, гореть ему в гиене огненной, был нам не по зубам, о чем свидетельствовало как мое упадническое настроение или повышенная угрюмость д`Авалоса, так и бесславный инцидент в гостинице. Я находился в смятении и дотошно вычеркивал дни из календаря, мысленно придвигая Хэллоуин. Развязка близка, но, клянусь дьяволом, ее финал предугадать невозможно. По крайней мере, покуда мы уязвимы. Вот то, чего я чурался с момента обращения, то, о чем следовало сожалеть, то, чему по силам погубить любого вампира. Любовь к человеку. Неизлечимая зависимость.
— Интересно, что вспугнуло старичулю Волмонда в гостинице? — якобы взялся рассуждать вслух Леандр, демонстративно разглядывая дно моментально опустевшей чашки. Нас он в излюбленной манере не замечал принципиально. — Почему он послал на разведку того негра, пардон, афроамериканца?
— Я тоже об этом думал, — неохотно отодвинулся я от Астрид, предпочитая при разговоре иметь перед собой лицо собеседника, а не бубнить в воздух. — Наверное, заметил джип, или чутье сработало. Хотя лично я больше склоняюсь к паранойе. Когда чего-то до смерти боишься, враги мерещатся повсюду. А Мердок, как подсказывает интуиция, предпочитает не сталкиваться с нами лоб в лоб, иначе не разменивался бы на всяких Линкольнов и Тедов.
— Хм, зачет, — цокнул языком вампир, выплескивая в кружку остатки кофе. — Завтра вернемся в гостиницу, опустошим чертову ванну… — бросив мимолетный взор на девушку, он предпочел покончить с громким планированием, поднялся на ноги, с хрустом потянулся, разминая затекшие мышцы, с чинным поклоном всучил малышке грязную посуду и прогулочным шагом, со всунутыми в боковые карманы брюк кулаками, отправился на променад по живописным окрестностям.
Астрид, помимо воли, проводила его спину грустными глазами и тихонько опустилась на ребро лестницы, устало роняя голову на мое плечо.
— Чувствую себя последней сволочью, когда он так реагирует, — подавлено поделилась она ощущениями, столь идентично вписывающимися в мои собственные восприятия.
'А ваш треугольник становится все острее, — гнусно хихикнул внутренний голос. — Без жертв уже не обойтись'.
POV Астрид
Школа Девкалион, тайные страницы прошлого Джея, о которых я и не догадывалась, лишние подтверждения его храбрости, отзывчивости и возвышенной духовности…На протяжении трех часов, пролетевших на едином издыхании, я прилежно слушала изобилующий мелкими деталями рассказ, охала и ахала на все лады, поэтому сейчас вряд ли возьмусь за описание той давней истории. Боюсь, на пике эмоций эта задача окажется для меня непосильной. Уж слишком свежи впечатления.
Кстати, о них родимых. В последнее время моему воображению нашлась альтернативная замена — пугающе неправдоподобная реальность. Мало мне было неутомимых призраков Айрис, что таились за каждым поворотом, так к ним прибавилась еще и фантасмагорическая тень внезапно воскресшего отца. Как сейчас помню тот ужасный день, когда неизменная троица, включающая мою скромную персону, Верджила и Лео, отправилась по ежевечерние поиски лихих неприятностей. Мужчины, строго соблюдая надуманные правила охраны, по обыкновению взяли меня с собой, бездарно оправдываясь заезженной фразой, мол, им так спокойнее. Впрочем, я не особо возражала, ведь неведение таит в себе куда большее количество страхов, нежели томительное ожидание на задних рядах автомобиля. В целом, утро отложись в памяти обилием смеха. Сначала пробуждение в теплых объятиях любимого, затем шпионский рейд в ванную, где мы упоенно целовались, заглушая звук ненасытных чмоканий шумным плеском воды. Потом вынужденное прощание, завтрак с родителями и поездка в школу под конвоем мрачного Лео. Да-да, я не ошиблась в эпитетах, с недавних пор глядеть на него без слез не представлялось возможным. Хаотичные припадки бурной радости замечались мной все реже и реже и зависели они зачастую от самых разнообразных факторов. Моя тяга к общению, например, или яркость улыбки, направленной именно в его сторону. Я догадывалась, что заботит парня и вызывает в нем тоску, но исправлять положение не спешила. Наш уговор. Я поставила Леандру условие, вероятно, излишне жестокое.
— Выбирай, — надтреснутым голосом велела я в тот день, едва уяснив для себя расхожую истину о том, что на занятиях в школе меня повсюду станет преследовать довольно болтливая тень, — либо мы просто друзья, без туманных намеков на иные отношения, либо я тебя видеть не вижу и знать не знаю. А там посмотрим, чья возьмет.
