Она расслабилась, улыбкой ответив на мой последний вопрос, и как бы невзначай положила ладонь тыльной стороной вверх на самый край подлокотника. Однако я сегодня ужасен! Умудрился напугать малышку до смерти чертовой строгостью, теперь она даже прикоснуться ко мне боится.
Решив исправиться в самом ближайшем будущем, я пощекотал выпирающий бугорок возле большого пальца, а затем потянул изящную кисть на себя и прижался губами к бархатной коже с тонким, едва уловимым ароматом сандала.
— А как восприняла твой побег из дома Рейчел? — в последний момент вспомнив о заключении пакта о ненападении, я заменил именем привычное 'взбалмошная блондинка'.
- 'Отвянь, Рид, у меня череп лопается', - насупившись, очень похоже спародировала она чуть хрипловатый голос алкоголички. — Чейз сказала, что раньше обеда из кровати не вылезет, а потом у нее планы. Правда, я не разобрала какие. Сначала она беседовала с сантехникой, ну а уж затем позвонил ты. Сегодня мне можно спрашивать? — после недолгих колебаний полюбопытствовала девочка, начиная возрождать во мне комплекс вины.
Я заверил, что не имею ничего против разыгравшегося интереса, перестроился в крайний левый ряд и, пройдя очередной поворот без снижения скорости (управляемость у Кади и впрямь была на высоте, а громоздкие габариты почти не чувствовались), выбрал на стоянке у клуба самое затененное место. Одно маленькое сумасбродство…
Не дожидаясь, пока Астрид выпутается из ремней безопасности, я почти навалился на нее всем телом и жадно поцеловал. Забывая о нежности, проваливаясь в бурлящий океан желания, выпуская из железной клетки жаркие мечты о том, как буду сантиметр за сантиметром изучать губами божественное тело, как потеряюсь в реальности, вдыхая усиливающийся с каждым мгновением запах ее крови, кожи, волос, обжигающего дыхания. Я понимал, что захожу слишком далеко, когда одну за одной расстегивал жемчужные пуговки на блузке, целуя гладкую и неповторимо нежную кожу на груди, прикусывая зубами кружева на черном бюстгальтере, но не мог отказать себе в удовольствии услышать наконец хриплый, неуверенный и полностью зажатый стон, сорвавшийся с раскрытых губ совершенно непреднамеренно. И, боже, царя храни, я никогда в жизни не терял голову от одного лишь звука, пусть и преисполненного природной сексуальностью. Попрощавшись с контролем над ситуацией, я нащупал под сиденьем заветную кнопку, опустил спинку и только тут заметил судорожно впившееся в обивку пальчики, свидетельствующие явно не пользу расслабленности.
— Все хорошо? — вмиг добрался я до лица девочки, внимательно вглядываясь в испуганные глаза застигнутого врасплох олененка. — Эй, ты чего? — не на шутку обеспокоился я, наблюдая за частым-частым морганием, ничуть не скрывающим от меня крупные слезы, расходящиеся к вискам.
— Ничего-ничего, — сдавлено затараторила Астрид, не осмеливаясь глубоко дышать. — Идиотская реакция, просто. Со мной такое часто, не обращай внимания.
— Послушай, — разъяренно выдохнул я, с трудом удерживаясь от того, чтобы не заехать кулаком по обивке сиденья, — или объясняй, что я сделал не так, или это больше никогда не повторится.
— Можно чуть позже, Джей? — взмолилась моя малышка, — Пожалуйста. Честно, тут нет твоей вины, это все я…Прошу.
И что мне оставалось делать? Разумеется, согласиться.
Вернув кресло в горизонтальное положение, я с удивлением заметил, что вполне могу сидеть на корточках у ног девочки, молча застегивая крохотные пуговки, и удивляться собственной невозможности держать темперамент в узде. Что на меня так влияет? И нет ли действенного способа сдерживаться?
— Порядок, — улыбнулся я, легонько приподнимая вверх окончательно поникший подбородок. — Все нормально, Астрид. Тебе незачем оправдываться, я все понимаю и без слов. В следующий раз, если меня вдруг занесет настолько, что ты опять испугаешься, просто попроси остановиться. Поверь, я вменяемый. Ладно? А теперь давай вылезать, пока по клубу не поползли множественные слухи, сопровождаемые пикантными фото, — нарочно заразительно рассмеялся я, мысленно коря себя последними словами.
Она не сумела поддержать мой беззаботный смех, но все же заметно повеселела, когда я галантно предложил ей взяться за локоть и переступить порог никогда не дремлющего заведения. Как я собирался объяснять наличие спутницы? Очень просто, мисс Злободневность, с которой моей очаровательной девушке только предстоит свести знакомство, давно уговаривала меня дать интервью какому-нибудь сверхпопулярному глянцевому изданию, что я и вознамерился сделать.
В вестибюле стояла непривычная тишина, поэтому наши шаги гулко отдавались от стен, помогая освоиться в душе впечатлению, будто кроме нас в этом огромном мире никого не существует. Однако уже на втором этаже подчеркнутая расслабленность мгновенно сошла на нет, уступив место восхищению чистотой и силой женского крика. Добро пожаловать в чистилище, мистер Майнер!
