Сама планета была небольшой. С короткими днями и такими же короткими ночами, густо заросшая разнообразной растительностью и недавно появившимся пятнадцатикилометровым шрамом, оставшимся после крушения Синано. Пожар вокруг него уничтожил огромную площадь леса. Сам пожар, по неизвестным мне причинам, дальше по лесу не пошел, остановившись примерно в трех километрах от шрама. Всё это дело было видно даже с орбиты. Черное продольное пятно среди бесконечной зелени да парочки не то озер, не то морей, чьи очертания угадывались где-то на краю горизонта. Животных мы пока не встречали, хотя щебет птиц иногда слышали.
Я вернулся в наш импровизированный полевой лагерь и стал готовить ужин. Из того, что было, разумеется. Уцелевшая пайковая еда была не очень вкусной, но зато питательной. Впрочем, как всегда. Поставив греться воду и закинув в миску еду, я прилег в ожидании Виктора, погрузившись в раздумья.
Сейчас все зависело от того, что мы можем сделать сами. На Синано полагаться нельзя, она еле жива. Оставшиеся источники питания также использовать нежелательно. Значит надо сделать новый, мобильный источник. Что мы имеем…Хм. Внезапно пришла мысль. Ведь у Синано более мене целым осталась одна производственная. Она уже делала себе снаряды и детали из ресурсов, что были на борту и что мы нашли во время путешествия. Если получится восстановить этот узел, то появится возможность сделать нужные детали. А ресурсы…для начала можно использовать и обломки самой Синано. Блин. Все равно нужен новый стабильный источник энергии.
Стремительно темнело и на небе стали появляться бесчисленные огоньки звезд. Вскоре, освещая дорогу фонариком, вернулся Виктор. Посмотрев друг на друга, мы молча сели за еду. Костер согревал и разгонял окружившую нас темноту, а я молча сидел с другом, наблюдая за игрой огня в кострище.
— Из четырех складов запчастей два полностью уничтожены, как и всё, что в них находилось. Один металлолом. — начал Виктор, всё также глядя на огонь. — Склад с левого борта поврежден, но ресурсы более-менее целы. Носовой также цел. Только вот скажи, что мы будем делать со всем этим добром? — обратился он ко мне.
— Там были солнечные панели?
— М… — задумался он на мгновение. — было несколько. Хочешь собрать солнечку?
— Да. Сейчас лучше не использовать те остатки, что остались на Синано. Нужна альтернатива.
— Согласен. А дальше? Ну соберем мы её, подключим?
— А дальше нам с тобой надо восстановить производственный узел. Реально?
— Хм. Я не особо осматривал его. Серьезных повреждений нет, но я без понятия, что с самой электронной системой и программой производства. Так, хорошо. Допустим, восстановим, а материалы… — он замолчал и осмотрелся. — Ну да, материала предостаточно.
— Я рад, что ты понимаешь мои мысли. — улыбнулся я. — Завтра будет трудный день. Я дежурю первый, а ты отдыхай. Смена в пять утра. Утром отоспишься еще, пока я по Синано похожу.
— Хорошо. Спокойной ночи. — пожелал мне Виктор и ушел в палатку.
Я снова остался один на один со своими мыслями.
Синано…
Я думал о ней. Не знаю, как описать это чувство. Что я сейчас чувствовал по отношению к ней? К девочке, заключенной в полумертвой махине, находящейся на грани жизни и смерти. Страх потерять её? Или, может быть, отчаяние от того, что я ничего не могу для нее сделать? Мне было жаль её. За что судьба так распорядилась её жизнью? Я, конечно, тоже виноват в произошедшем. Если бы придумал лучший план, если бы сразу сбежали. Нет, не получилось бы. Я сидел и бичевал себя, думая, что было бы, если бы я поступил так или так. И всё заканчивалось плачевно, никакого шанса на выживание. Всё равно мы бы огребли от флота или, что еще хуже, были бы просто уничтожены.
— Глеб, ты как? — неожиданно прозвучал голос Виктора. Я глянул на время. Было полшестого. — Ты меня не разбудил.
— Ёп. Извини, задумался. Быстро же время пролетело. Я спать. — сказал я и сразу ушел.
Виктор только посмотрел мне вслед, но ничего не сказал.
Наутро, быстро позавтракав, я пошел к Синано. Уж очень хотелось узнать ответ на мой вчерашний вопрос. Ну и узнать её самочувствие. И повидаться с ней. Эх…
— Доброе утро, Синано. — обратился я к ней, подходя к монолиту.
— Доброе.
— Как самочувствие? Успокоилась?
— Да, я в порядке. Глянула мельком свои системы. К которым смогла подключиться.
— Так. Ты подключалась к системе? Я же просил не делать этого. — ответил я грубо, но не мог сдержаться. — Как ты не поймешь, что ты еле жива?!
— Прости. Но я не могла не сделать этого. Не зная, что со мной, я была…мне было очень некомфортно. Я в порядке, говорю же. Не беспокойся, хуже уже точно не станет.
Я тяжело вздохнул, покачав головой.
— Не вреди себе, пожалуйста.
— Извини.
— Ладно уж. Раз уж влезла в систему, узнала что-нибудь? Меня конкретно интересует твоя производственная и реакторная. Хотя, говори, как есть. Обо всём.
— М. Давай по порядку? — спросила она.
Я же в ответ вопросительно глянул на монолит в ожидании продолжения.
