Смит лежала на земле. Рядом с ней стоял всадник. Он уже скинул свой капюшон и теперь Доминик видел его лицо. Внешность всадника на секунду удивила его, но он быстро взял себя в руки.
– Что ты сделал с ней? Агата! – Доминик пытался докричаться до Смит. Доминика трясло. Он не мог понять жива ли Агата или уже мертва.
Корнелиус посмотрел на парня, но ничего не ответил.
– Может мне его тоже усыпить? – предложил всадник Тортуго.
– У меня есть для него кое-что поинтереснее. – Ответил седой всадник и полез в карман своего плаща. Оттуда Тортуго вытащил небольшого размера розовый гриб с пятнышками. Доминик сразу узнал галлюциногенные грибы, туман которых ненадолго показал ему и Агате настоящее.
– Что за…
– Это грибы, думаю ты с ними уже знаком. Лично я с ними познакомился совсем недавно, когда следовал за тобой прямо сюда, водный черт! – Он обругал Доминика ещё парочкой пиратских ругательств и поднёс к лицу парня гриб. Тортуго сломал кусочек шляпки и от гриба стал исходить слабый розовый туман. Доминик стал уворачиваться от тумана, который обжигал глаза и щекотал нос. Всадник схватил его своей морщинистой холодной рукой за подбородок и держал так над грибом пока Доминик не потерял сознание. Тортуго убрал гриб обратно в карман плаща.
– Корнелиус, подзови сюда наших лошадей. Мы отправляемся в сторону врат. – Скомандовал Тортуго.
Корнелиус стоял неподвижно. Он хотел разорвать все отношения с пиратом на этом моменте. Заметив мешканье, Тортуго грозно напомнил Корнелиусу о их сделке.
– Надеюсь ты помнишь о нашей сделке. Мы выполняем свою часть договора, так теперь и ты выполни свою.
Корнелиус развернулся к порталам и издал протяжный свист. Любая сделка для него была делом чести и всадник не мог разорвать её так просто. В ответ на свистит, в воздухе раздалось ржанье лошадей. К ним оббегая порталы скакало три юрких скакуна.
От двух лошадей исходили языки черного пламени. Скакуны, покрытые мглой, остановились около Тортуго и Анжелики. Третий скакун отличался от своих сородичей. Он был охвачен серой дымкой и имел более спокойный нрав. Именно он принадлежал Корнелиусу. Всадник тоже отличался своей внешностью от окружающих, поэтому он смог быстро найти с лошадью общий язык. С помощью своих сил Корнелиус связал руки Агаты лёгкой туманной леской и положил девушку на спину лошади.
Тортуго был менее заботлив со своим подопечным. Без особой сложности Тортуго закинул связанного Доминика на чёрного скакуна, который издал недовольное ржание от дополнительного груза. Анжелика верхом на своём коне подошла к Корнелиусу.
– Я не понимаю почему ты с ней так возишься? – В голосе всадницы чувствовалось раздражение.
Корнелиус тоже забрался на своего скакуна и достал из внутреннего кармана дневник Луиса Остро. Корнелиус без энтузиазма пролистнул пару страниц, которые навевали ему воспоминания.
– В нашу сделку не входили расспросы. – сухо ответил всадник, чувствуя неприязнь к всаднице.
Анжелика нахмурилась и направила своего коня вперёд. К Корнелиусу приблизился Тортуго верхом на жеребце.
– Ты достаточно долго в безвременье, Корнелиус. Думаю, ты и сам правила понимаешь. Но! – Тортуго ударил лошадь в бока и та зашагала вперёд.
Корнелиус предпочел немного отстать от всадников. Ему было мерзко от такого общества, но сейчас выбирать не приходилось. Он немного надавил на бока лошади и та зажигала вслед за Тортуго.
Доминик
Доминик стоял напротив своей койки где лежало его тело. Лёгкие медленно приподнимались и опускались. Он понимал, что ещё жив, но странное ощущение того, что он видит себя со стороны пугало. Доминик не мог понять зачем Тортуго окунул его в настоящие. Чтоб помучить? Чтоб не мешался? Доминика напрягало, то что всадник не убил его сразу. "Он точно что-то замышляет" – подумал Доминик и стал рассказывать по больничной палатке.
Дверь в палатку распахнулась и внутрь зашёл мужчина в белом халате. Его Доминик знал ещё с детства. Это был семейный друг. С ним мама Доминика заканчивала университет, правда на разных факультетах. Миссис Джонсон была на стоматологическом, а Руперт пошел на хирурга. Мужчина часто приносил Доминику конфеты, когда тот был ещё совсем маленьким. Доминик сразу вспомнил, как ругалась его мама, говоря, что конфеты портят зубы. Иногда Руперт заменял Доминику покинувшего его так рано отца. За Рупертом следом зашла элегантная женщина с каре. На ней были джинсы и водолазка, что смотрелось стильно и модно. Доминик сразу узнал свою маму. Парень рассматривал лицо матери на котором появились новые морщины. Мама Доминика всегда выглядела очень молодо, но сейчас казалось будто миссис Джонсон успела постареть на несколько лет.
– Руперт. Прошу, не таи. -Миссис Джонсон отчаянно смотрела на Руперта.– Я чувствую, что ты хочешь сказать мне что-то плохое!
– Тебе стоит присесть. – предложил врач, но миссис Джонсон отказалась.
– Я постою.
– Доминик здесь находится уже больше двух месяцев. Скоро пойдет третий. Его анализы не меняются.
