– Пожалуйста! Позволь мне идти рядом с ним! Я не убегу. Хочешь тоже привяжи меня. Ты же можешь так сделать! – Агата чувствовала некое странное доверие к этому всаднику. Он не вызывал у неё страх, только неизвестную грусть. Всадник долго смотрел в сторону, но в итоге спустил девушку на землю, держа одной рукой. От тумана, который связывал руки Агаты, прошла длинная тонкая дымка, которая позволяла всаднику держать Смит под контролем. Агата недолго думая, побежала к Доминику. Способность всадника не ограничивала её к передвижению, поэтому она с лёгкостью добежала до парня. Доминик и Агата неуклюже обнялись со связанными руками, довольно в неудобной позе, но это было самое искреннее и тёплое воссоединение.
– Ты в порядке? – спросил Доминик осматривая туман, обхватывающие руки Агаты.
– Да, а ты как?
– Бывало и хуже. – ответил Доминик, не сводя глаз от Тортуго.
Всадник Агаты, направил лошадь вперёд. Дымка не тянула Агату за лошадью, поэтому она спокойно шла рядом с Домиником, которого сдерживали тёмные цепи. Тортуго сразу заметил свободное передвижение девушки и повёл свою лошадь в сторону всадника.
– У тебя всегда были такие слабости к душам, Корнелиус? – ехидно улыбнулся Тортуго, ускоряя свою лошадь. Цепь потянула Доминика вперёд из-за чего тот споткнулся.
– Вот урод. – процедил сквозь зубы Доминик.
– Не провоцируй его. – Почти не слышно прошептала Агата, испытывая страх к Тортуго.
– Был бы у меня пистолет… Тогда бы я… – Задумался Доминик, погружаясь в мрачные мысли.
– Нет смысла думать о том, чего нет. Нужно подумать о том, что мы можем приобрести или сделать. – После того, как Агата увидела Доминика, слабость, которая окутывала её сознание пропала. Ей хотелось жить. Жить и бороться. – Скажи, ты случайно не знаешь куда они нас ведут? Меня вырубили сразу, как только поймали.
– Меня тоже вырубили сразу.
Агата печально вздохнула.
– Я просто думала, вдруг ты что-то слышал.
Доминик призадумался и медленно пробормотал.
– Я ничего не слышал… Но кое-что точно видел.
– Тебя же вырубили, как ты мог что-то видеть? – с подозрением спросила Агата.
– Тортуго. – сказал Доминик, будто одной фамилией можно было объяснить всё на свете. – Он дал мне галлюциногенные грибы. Те самые, которые ненадолго отправляют тебя в настоящие.
– Но откуда они у него?
– Схватил наверно парочку, когда проезжал мимо тумана. Они же шли по нашим следам.
– И что же ты там видел? – Агата старалась говорить, как можно спокойнее, скрывая своё волнение.
Доминик не отрывал глаз от своих кроссовок. Он собирался с силами.
– Я был в твоей палате. У тебя ухудшились показатели. Врач, сказал… не больше недели.
Внутри у Агаты всё замерло. Вначале она даже не поняла о чём он говорит. Казалось, что слова Доминика вовсе её не касались.
– Агата.
Смит сжала кофту в уровне сердца. Она старалась успокоить бешено бьющееся сердце. Не каждый день приходится сталкиваться со словами, что тебе осталось не больше недели.
– Агата!
– А? Что?
Девушка посмотрела на Доминика. В его глазах читалось решимость. Он не сдавался.
– Я придумаю, что-нибудь. Обещаю. Мы выберемся.
– Мы не сможем. Доминик, мы пленники. Нас в любой момент могут лишить жизни! И дневник с картой были уничтожены в иллюзии. – отмахнулась Агата, не представляя, что у них есть хоть какие-то шансы на спасение.
– Но они же этого ещё ничего с нами не сделали! – Доминик решил не комментировать потерю драгоценной карты. – Тортуго никогда не делает ничего просто так. Если бы я ему не был нужен для чего-то, то он бы убил меня без разборов.
Агата понимала, что Доминик мог быть прав, но в душе, ей не хотелось питать ложных надежд, поэтому она старалась не забивать этим голову и не сильно надеется на светлое будущее, ведь разочаровываться больнее.
– Нужно выяснить, куда они направляются. И зачем мы им нужны. – Доминик стал рассказывать свою спонтанную идею Агате – Думаю твой будет более сговорчив, поэтому по возможности постарайся узнать у него, как можно больше информации. А потом в зависимости от направления мы сбежим.
Агата хотела возразить Доминику. Она не верила в успешность этого плана.
– Это безумие. – прошептала Агата почувствовав на себе, презрительный взгляд Тортуго.
– Доверься мне. – понизив голос сказал Доминик. – Я не опущу руки на финише. Мы же почти достигли цели! И сколько людей пожертвовали собой ради, того, чтоб мы дошли.
– Хватит! – властный голос Тортуго раздался над головой Агаты. Смит в ужасе отскочила от дымящийся лошади. Лицо Тортуго было перекошено от злости. – Думаю вы уже достаточно обсудили, не думаете? – прорычал всадник. – Корнелиус.
Агата услышала знакомое имя. Она напряглась. Смит прекрасно поняла к кому обратился Тортуго. Единственное, что вводило её в замешательство: Может ли быть это один и тот же человек?
