Подобного правонарушения, если так можно назвать то, чего не существует, в системе действительно не оказалось. Едва узнав, по какому поводу обратился в полицию Марков, офицеры участка один за другим впадали в задумчивое молчание. Повторение на разные лады слов «вызвали», «на» и «дуэль» тоже результатов не давало. Просьбу психиатра о встрече со старшим по смене удовлетворили, однако она закончилась тем, что Марков потребовал аудиенции у еще более высокого руководства.
Полчаса спустя психиатр ерзал на стуле напротив офисного стола и рассеянно рассматривал стоявшие на нем компьютер и комнатное растение. С фотоснимка на стене позади стола на Маркова таращилась полупрозрачная рыбка. За столом сидела старший инспектор Танненшмидт, начальник полицейского участка на Александерплац. Точнее, просидела она там недолго: инспектор встала, вышла, вернулась с запиской в руке и снова села. Это была энергичная стройная женщина лет сорока с выкрашенными в платиновый блонд гладко зачесанными назад волосами, серьезным усталым лицом, морщинками вокруг глаз и в уголках рта, в черном жакете и фиолетовой блузке. Стальной браслет часов на запястье инспектора зазвякал, когда она принялась машинально перебирать его звенья.
— Герр Марков, вы успокоились? — заговорила Танненшмидт, взглянув на него. — Или опять выступать будете?
Психиатр кивнул, а потом покачал головой.
— Значит, герр Марков — это вы?
— Что за глупый вопрос?!
— Простите, неправильно выразилась. Герр Марков, автор книги «Лунатизм как путь к успеху», — это вы?
— А-а, тогда да, это я. — Марков смущенно улыбнулся инспектору, а затем рыбке на фото и растению в горшке.
— Однажды ваша книга попалась мне в руки. Я начала ее читать и сама не заметила, как заснула. — Танненшмидт тоже чуть смущенно улыбнулась. — Не знаю, в этом ли состоял замысел, но он сработал.
— Раз сработал, значит, цель достигнута, — ответил психиатр непринужденно.
— Хорошо, благодарю вас. Давайте приступим к делу. Вы утверждаете, что получили письмо с вызовом на дуэль?
— Да.
— Честно сказать, для меня ваше заявление звучит как полный бред.
— Для меня тоже, — промямлил Марков. — Еще в письме указано, что это будет дуэль на пистолетах, пистолетная дуэль.
— В письме указано, что это будет пистолетная дуэль. У вас есть пистолет? А разрешение на оружие?
— Нет.
— Нет. Где и когда должна состояться дуэль?
— Я не в курсе.
— Вы не в курсе… А человека, который принес вам письмо, вы раньше встречали?
Марков помотал головой.
— Нет, я видел его первый раз в жизни.
— Итак, непонятно кто вызвал вас на дуэль, которая пройдет неизвестно где и неведомо когда. Что сказал вам тот человек, передавая письмо?
— Сказал, что он секундант.
— Сказал, что он секундант, — тихо повторила Танненшмидт, словно желая убедиться, что эти слова ей не померещились, и задумалась: «Дуэль в центре Берлина? Если они когда-то здесь и происходили, это давно в прошлом, хотя… Буквально сегодня в новостях рассказывали о кораблекрушении. А тот случай с фальсификацией ставок на скачках? Фигурантом дела был человек, который именовал себя Эдельбеком Экхерром бароном Капфен-хаузеном и в действительности звался так по документам. А поджог ветрогенератора в Панкове на той неделе? Преступники оставили письмо-признание: мал, тут набедокурили мы, участники партизанского отряда „Рыцари ветреного безумия“. К чему же весь этот ретромаскарад?»
— Он, случайно, был не в цилиндре? Может, еще и на лошади прискакал? — уточнила инспектор.
— Нет, не в цилиндре, — буркнул Марков. — А приехал на велосипеде. Заявил: «Я секундант», всучил мне письмо и укатил прочь.
Переступая порог парикмахерской несколькими часами ранее, Марков вовсе не собирался идти в полицию и писать заявление. Коротая время, он перелистывал журн ал и, дойдя до колонки с гороскопом, выяснил, что в середине января Водолеев ожидает необычное событие, к которому они должны тщательно подготовиться. Безусловно, Марков не относился к числу людей, которые хоть на йоту верят ерунде из гороскопов, однако второе предложение прогноза, казалось, было написано про него: «Вы вправе положиться на молчание близкого человека, хотя оно вам ничем не поможет». Психиатр невольно улыбнулся слепой точности этого совпадения, ведь его подруга Констанция накануне уехала на десятидневный курс медитации в «Тихую обитель», а значит, в ближайшее время действительно будет хранить молчание и ничем не сможет ему помочь.
Когда Марков, уже в накидке, сидел в парикмахерском кресле перед большим зеркалом и напоминал себе фантастическое существо, состоящее только из головы и шевелюры, разговор ни с того ни с сего зашел об астрологии. Парикмахерша, властная особа с черными волосами, забранными в высокий пучок, и бренчащими серьгами, заметила, что не верит в знаки судьбы и гороскопы, однако не сомневается, что доля правды в них есть.
— Например, однажды мне была предсказана встреча с прошлым. Угадайте с трех раз, что произошло?
Марков пожал плечами, и накидка на его плечах зашевелилась, будто под ней пробудился мирно спавший зверь.
