— Первый отряд высадку закончил, занимаем плацдарм, — доложил Шатрин. Он и Тэсс — вот весь первый состав "радиостойких", что оставался под началом Званцева. Получил пулю в мелкой и нелепой тыловой стычке с деструдо Осипов, остался на "дороге смерти" Собчук… Званцев тряхнул головой. Сложно было представить более неподходящий момент для воспоминаний.
Он глубоко вдохнул, слушая череду рапортов в наушниках.
— Командирам отрядов, внимание. Действуем как планировали. Дейл, Райт — выдвигайтесь между высотами Дельта и Эхо. Тэсс, спешивай своих, прикроешь Марка по флангам. Шатрин, Фрейзи, Уолтерс — идем между Эхо и городом, спешиваетесь по моей команде, — говоря, он размечал цели на экране. — На дальнюю связь выходим, только столкнувшись с противником. Дейл, если не встретите чужих — идите на соединение со мной к востоку от города на шоссе. Как поняли?
В тьму и ветер, пронизанный горячим паром, вплелось рычание моторов. Гусеницы тяжелых дронов выворачивали булыжники из мокрой грязи. Остров Пасхи и до высадки пришельцев-то не мог похвастаться пышной растительностью, а с началом работы "Кипятильника" два года назад чахлые заросли травы и кустарника как корова языком слизнула. Теперь весь остров был каменистой пустыней с кое-где подымавшимися над ней растрескавшимися скалами.
Двинулись вдоль побережья "яночки" и "вольфрамы", покачивая стволами согласно алгоритму поиска целей. Званцев не ждал угрозы с воздуха — в такую бурю легким вражеским дронам приходилось нелегко. "Тарелки" сносило ветром, и даже лазеры "дисков" попусту тратили энергию на разогрев пара. "Летучая мышь" была бы серьезной угрозой даже в шторм — но прикрывающая базу эскадрилья должна была, согласно плану, сейчас схлестнуться с истребителями, ракетами и орудиями авианосной ударной группы ГлобДефКома.
Судя по тому, что десант до сих пор оставался в живых — план пока работал.
КШМ покачивалась, следуя уклону местности. Они шли по пологому склону холма, высившегося где-то впереди в ночной тьме — лишнее укрытие от вражеских сенсоров, впрочем, мало что значащее по сравнению с облаками пара, окутывающими остров. Смещались по экрану маркеры боевых машин, порой огибая трещины в скальной породе или крупные валуны, о которых докладывали легкие роботы в авангарде. Гудели системы охлаждения, доводя воздух в кабине… ну, не то чтобы до приятной прохлады. Но им, в отличие от забортной парилки, хотя бы можно было дышать.
По мере того, как они приближались к городским руинам, Званцев начинал нервничать. Изначально он собирался спешить людей, лишь миновав вулкан. Да, броня не спасала от гиперзвукового снаряда, и оставаться в БМД было рискованно. Но пеший марш по вулканческому склону, сквозь семидесятиградусный пар, пусть и в бронекостюмах… Однако что-то внутри Званцева подсказывало ему, что лучше поторопиться.
— Всем отрядам. Движение в пешем порядке, — не выдержал он, наконец.
Наверняка по каналам групп сейчас пронеслось немало проклятий в адрес "старого психопата". Тактический монитор рассыпался зелеными точками — маркерами доспехов. Сменили канал целеуказания боевые платформы — теперь их пушки проворачивались в такт гранатометам пехоты.
Внезапно одна из точек мигнула красным. Применение оружия?
Званцев ударил по экрану.
— Фрейзи, по кому огонь? — осведомился он.
Командир третьего батальона, здоровенный, как лось, выходец из Шотландии, не отвечал несколько секунд.
— Сэр, — наконец раздался его неуверенный голос. — Передаю картинку.
В углу экрана проступило переданное камерой доспеха изображение. Сквозь горячий мрак выдвинулись еле различимые очертания — не настоящая картинка, но составленная компьютером БМД на основе показаний сонара и транслированная в броню. Затем спецназовец включил (должно быть, получив разрешение от комбата) слабую нашлемную фару, и изображение стало более четким.
Это походило… на статую. На исполинский человеческий торс, вкопанный в грязь, шести метров в высоту, с отсутствующими руками и непропорционально большой головой. Нижнюю часть статуи покрывали темные потеки.
— Джейк, — проговорил Фрейзи, обращаясь уже к своему бойцу — Званцев подключил внутрибатальонную связь. — Мы на острове Пасхи. Тут бывают статуи, знаешь ли.
— Да, сэр. Статуи, которые вертят головой и смотрят на тебя. И истекают кровью, если всадить в них гранату, — в голосе бойца не слышалось особого удивления. Камера приблизилась к исполину почти вплотную. — И кишки у которых прямо как настоящие. Похоже, этот приятель долго простоял в пару — кожа с левой стороны прямо сползает.
Фрейзи разразился негромким и долгим потоком богохульств.
Рука Званцева легла на пульт. Краем глаза он увидел расширившиеся глаза молодого связиста — загрохотали в наушниках помехи. Лейтенант торопливо коснулся кнопок, и шум стих, проглоченный фильтрационными системами.
— Что ж, похоже, теперь они о нас знают, — подумал Званцев вслух. — Борисов! Связь с полковником Райт, живо! И с субмаринами!
Ухнул танковый миномет, в темноту над Эхо ввинтилась ретрансляционная мина.
— Райт, Дейл, на связь! Доложите обстановку!
