Вот уже много лет Нат подкармливал котов колбасными обрезками. Это стало чем-то вроде традиции или личного ритуала. Они никогда не ждали его, но всегда приходили на звук шуршащей бумаги. Он же никогда не забывал взять у Лайфа заветный свёрток. И сегодня Нату наконец-то повезло. Он нашёл то, что искал все эти годы, то, из-за чего вообще начал подкармливать уличных котов. Вернее, того. Одного из десятков, такого же, как все остальные. Но интуиция подсказывала Тайлану – это именно он, тот самый, долгожданный.
Нат выудил из набросившихся на еду и утробно урчащих котов одного – тощего, чёрного и зеленоглазого, оскорблено уставившегося на своего мучителя и возмущённо занывшего на одной ноте. Это определённо был кот-страж. В их существовании не были уверены даже учёные Священной Канцелярии, что уж говорить про обычных горожан? А вот в армии верили, да ещё как! Котов там ценили, хотя вряд ли кто из солдат мог отличить обычного кота от кота-стража. Впрочем, даже самых обычных хватало, чтобы предсказывать наступления, отгонять скверну и мелких ночных демонов и поднимать боевой дух. Церкви приходилось мириться с этим предрассудком, а войсковые капелланы его даже одобряли. По слухам, коты-стражи не только могли распознать даже самого искусно спрятавшегося демона, они отпугивали их, особенно мелких, и помогали вычислить крупных. Эти животные могли учуять даже крупицы демонических семян, сокрытых в человеческих телах и душах. Коты-стражи были очень полезными, но при этом невероятно редкими.
Нат засунул недовольно ворчавшее и пытающееся вывернуться животное под шинель, прижал его ладонью, успокаивая, и пошёл домой. Священная Канцелярия выдавала своим сотрудникам небольшие квартирки в собственных многоквартирных домах, из которых, при желании, можно было переехать в какое-нибудь более уютное место. Конечно, эти дома были средоточием праведности, самопожертвования и веры, но и демоны там заводились чаще, чем в каких-либо иных, особенно суккубы. А от запаха благовоний и демонических эманаций не спасали порой даже толстые стены и тройной слой защитных гексаграмм и щитов. Но Ната его квартира вполне устраивала. Ему не надо было заботиться об уборке и стирке, этим занималась пожилая семейная пара, жившая на первом этаже. Соседи не лезли в его личные дела, как и он – в их. В этом доме никто никого и ни о чём не спрашивал. А если кто-то и предавался недопустимой ереси, законники выходили на него сами. Им не нужны были доносы, хватало собственных наблюдений и анализа. Впрочем, от этого квартала даже Стражи Закона старались держаться подальше.
Заперев дверь квартиры, Нат обновил защитную гексаграмму и выпустил на пол пригревшегося и уснувшего кота. Тот недовольно вякнул и отправился осматривать свои новые владения. Нат усмехнулся и пошёл на кухню. Ему предстояло выбрать, какой миской и какими консервами пожертвовать.
В городе было шумно, но сюда гомон веселящейся толпы почти не долетал. Лишь вспышки праздничных иллюминаций иногда пробивались сквозь опущенные плотные шторы на окнах. Горожане старались не заходить в этот квартал лишний раз. Чтобы не мешать святым защитникам предаваться молитвам и размышлениям. И чтобы не попасться им под горячую руку.
