Падишах осторожно стал расстегивать коралловые пуговицы на низком лифе супруги и улыбнулся, увидев ответный свет в ее глазах. Джахангир принадлежит только ей, никто и ничто не должно вставать между ними.
– Мой отец еще раз посылает нас против Малика Амбара. Непоколебимый в своих намерениях даже после своего предыдущего поражения, абиссинец вновь вторгся на территорию моголов… – начал Хуррам.
Он стоял на балконе-джароке крепости Агра, одетый в роскошные одежды светло-желтого цвета, перехваченные четырьмя нитями жемчуга, которые служили ему поясом. Еще одна жемчужина, по величине не уступающая крупной виноградине, украшала его тюрбан. Шахзаде обращался к своим войскам, построенным плечом к плечу на плацу под стенами крепости. Джахангир, наблюдавший за ним из комнаты, расположенной позади балкона, задавал себе вопрос: мог ли он с такими же уверенностью и авторитетом говорить, когда был в возрасте Хуррама? Шорох, как будто порыв ветра коснулся в поле колосьев пшеницы, пробежал по рядам слушавших Хуррама, а потом раздались восторженные возгласы.
– На этот раз мы не успокоимся, пока не победим Малика Амбара, и изгоним его с нашей территории, как это было три года назад, – продолжил Хуррам, жестом руки призывая воинов к тишине. – Мы потребуем, чтобы его хозяева, султаны Голконды, Биджапура и Ахмаднагара, расстались с частью своих земель и богатств в нашу пользу. Наша добыча будет внушительной, и я лично прослежу, чтобы все вы получили ее часть.
Хуррам опустил руку и улыбнулся, когда его люди разразились криками «Хуррам зиндербад!» и «Падишах Джахангир зиндербад!». Его отец подумал, что их предок Бабур был прав, когда писал о том, что лояльность и храбрость воинов напрямую зависят от обещанных им барышей.
– Сегодня, когда наши приготовления будут завершены, – продолжил шахзаде, когда крики стихли, – я велю поварам устроить специальный пир, чтобы завтра утром мы покинули Агру не только уверенные в своей полной победе, но и с полными желудками.
Еще одна волна восторженных криков обрушилась на Хуррама, который повернулся и в сопровождении двух мощных телохранителей, тоже одетых во все светло-желтое, с нагрудниками и шлемами, отполированными до зеркального блеска, вошел в помещение, где его ждал отец.
– Хорошо сказано, – похвалил Джахангир, обнимая сына.
– Просто я хочу, чтобы мои люди хорошо воевали. Обещанный пир ускорит их приготовления.
– Сегодня я получил новости о передвижениях Малика Амбара. Кажется, сейчас он мародерствует в районе Манду, где уже успел разорить несколько богатейших поместий. Кроме того, он захватил два районных казначейства и местный арсенал.
– То есть там он прилично поживился?
– Да, но это может сыграть нам на руку – затруднит его передвижения, и тебе будет проще его догнать.
– В этом самая большая моя проблема. У меня больше людей с более тяжелым вооружением. Хотя я распорядился, чтобы наши люди не обременяли себя ненужными вещами, его войска все равно будут более подвижными и быстрыми. Кроме того, на собственном горьком опыте мы убедились, что южные земли они знают лучше нас. Они опять будут нашей вечно ускользающей целью…
– Но я уверен, что ты добьешься успеха.
По выражению лица сына Джахангир понял, что тот тоже в этом не сомневается.
– Я снова расположу свою штаб-квартиру в Бурханпуре, на реке Тапти. Оттуда я маршем отправлюсь в Манду и постараюсь встретиться там с Маликом Амбаром. Кроме того, я пошлю отряды на его правый фланг, чтобы отрезать ему пути к отступлению. Я планирую заманить его в глубь нашей территории, вместо того чтобы выгнать его с нее. Это лишит его преимущества знакомой местности. После того как я разобью его там – и да поможет мне в этом Всевышний, – у меня появится шанс окончательно разбить остатки его армии, когда они будут отступать на свою территорию, и захватить самого Малика Амбара, покончив с ним раз и навсегда.
– Будь осторожен. Он – достойный противник.
– На этот раз он от меня не уйдет.
– Я знаю. Но не позволяй юношескому рвению и вере в собственные силы, какой бы справедливой она ни была, заставить тебя забыть о благоразумии. Тщательно продумай план битвы со своими военачальниками. И сам не рискуй почем зря.
– Я запомню твои слова, отец.
– Арджуманд едет с тобой, несмотря на беременность?
– Она настаивает на этом, как и в прошлый раз. И также отказывается расставаться с нашими детьми, хотя, когда мы доберемся до Бурханпура, они останутся в безопасности в местной крепости… Прости, отец. Если это все, то я должен тебя покинуть. Мне еще надо решить несколько вопросов по снабжению армии, прежде чем начнется прощальный пир.
Джахангир раскрыл объятия своему сыну, и мужчины обнялись.
– Да благословит тебя Всевышний, и скорее возвращайся с победой, сын мой.
