Из под модного, клетчатого кепи смотрели те же бесцветные глаза. Только стеклянные. На шее четкая линия, сверху белое лицо, снизу темно-красный, почти черный, шарф.
Надо позвать на помощь.
Я разогнулся, огляделся. Мостовая была пуста, в обоих направлениях. Шипящие, лязгающие, дымящие серо-коричневы здания фабрик с одной стороны. Напротив облезлые, каменные коробки кабаков, с наваленными сверху в два этажа, мрачными, кирпичными ночлежками. Серая, сырая мостовая. Серое, сырое небо.
