Отметим также, что в обоих вариантах герой со спутниками прибывает ко двору царицы МОРЕМ. Морской флот Энея и троянцев причаливает к берегам Карфагена. Зигфрид со спутниками также приплывает к Брюнхильде НА КОРАБЛЕ [652:1], с. 53.
Согласно поэме Вергилия, Эней, приближаясь к царице Дидоне, окутывает себя неким облаком, которое СКРЫВАЕТ ЕГО ОТ ОКРУЖАЮЩИХ, ДЕЛАЕТ НЕВИДИМЫМ, см. выше. В таком виде Эней присутствует при беседе Дидоны с другими его тремя спутниками и, когда становится ясно, что опасности нет, «выходит из облака» и становится видимым.
Очень похожую картину рисует и «Песня о Нибелунгах». Прибыв ко двору Брюнхильды, Гунтер и его спутники узнают, что Брюнхильда назначает им состязание. Бургунды смущены этим обстоятельством и начинают совещаться, опасаясь воинственной королевы. Дело в том, что Гунтер ощущает свою недостаточную силу по сравнению с Брюнхильдой. В то же время Зигфрид убежден в своих способностях победить королеву. В итоге, Зигфрид предлагает спутникам следующую хитрость. ОН НАКИНЕТ НА СЕБЯ ПЛАЩ-НЕВИДИМКУ и, став рядом с Гунтером, лично будет сражаться с Брюнхильдой. А Гунтеру нужно будет лишь имитировать боевые движения, «изображая» битву. Так и порешили. Процитируем «Песнь о Нибелунгах».
«Смутила гордость девы гостей отважных дух… Что станет с государем? Как Гунтера спасти?… Меж тем НА БЕРЕГ Зигфрид отправился тайком. ТАМ ИХ КОРАБЛЬ КАЧАЛСЯ, колеблем ветерком. ПЛАЩ-НЕВИДИМКУ ВИТЯЗЬ ИЗ ТАЙНИКА ДОСТАЛ, НАДЕЛ ЕГО И В ТОТ ЖЕ МИГ НЕЗРИМ ДЛЯ ГЛАЗА СТАЛ. Вернувшись спешно в замок, увидел удалец, что все для состязанья готово наконец. ЧЕРЕЗ ТОЛПУ ПРОКРАЛСЯ И ПОДОШЕЛ К ДРУЗЬЯМ, ПО-ПРЕЖНЕМУ НЕВИДИМЫЙ ТЕМ, КТО СОБРАЛСЯ ТАМ» [652:1], с. 53.
Начинается поединок с Брюнхильдой. Невидимка-Зигфрид выигрывает его, но все ошибочно полагают, что победу одержал Гунтер. В итоге обманутая Брюнхильда соглашается выйти замуж за Гунтера.
Как мы уже говорили, Дидона без памяти влюбляется в Энея и считает его своим мужем. Они все время появляются вместе, рис. 5.18, и молва объявляет их мужем и женой. Однако на самом деле это вроде бы не так. Так что всю ситуацию условно можно назвать «помолвкой»: они предварительно объявлены мужем и женой, однако фактический брак не состоялся.
Обратимся теперь к истории Зигфрида и Брюнхильды. Одна из германо-скандинавских версий утверждает, что ЗИГФРИД И БРЮНХИЛЬДА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО БЫЛИ ПОМОЛВЛЕНЫ. В «Песне о Нибелунгах» «ощущаются отзвуки тех, вероятно, сложившихся на скандинавской почве, версий сказания о Зигфриде-Сигурде и Брюнхильде, согласно которым ОНИ БЫЛИ РАНЕЕ ПОМОЛВЛЕНЫ, а затем Зигфрид-Сигурд, опоенный волшебным питьем, ЗАБЫЛ О ПОМОЛВКЕ, что явилось причиной последующей трагедии» [652:1], с. 333.
Таким образом, Энеида и «Песнь о Нибелунгах» довольно близки друг к другу и в этом пункте.
Как видно из Энеиды, вопрос о помолвке и супружестве Энея и Дидоны активно обсуждался старинными авторами. Судя по всему, высказывались разные точки зрения. Одни рассуждали лишь об их помолвке, другие заявляли, что Эней и Дидона были мужем и женой в прямом смысле.
Очень похожая картина встает и со страниц германо-скандинавского эпоса по поводу Зигфрида и Брюнхильды. В эпосе отразились обе версии. Первая — что помолвка была, однако брак не состоялся. Вторая — что была не просто помолвка, а брачная ночь. Однако, в то же время, «ночь была странной», поскольку Зигфрид и Брюнхильда лежали рядом на одной постели, но были разделены обнаженным мечом. Дескать, фактическими мужем и женой не стали. «Он (Зигфрид —
Кримхильда утверждала, что Брюнхильда была НАЛОЖНИЦЕЙ Зигфрида: «Подданным своим была в наложницы взята» [652:1], с. 100. Кримхильда также предъявляет перстень «что Зигфрид мне принес в ту ночь, когда НА ЛОЖЕ ВЫ С НИМ ВЗОШЛИ ВДВОЕМ» [652:1], с. 101.
Зигфрид оказывается в спальне Брюнхильды. Свита покидает супружеский покой. Двери спальни закрываются. «Склонять к игре любовной Брюнхильду начал он» [652:1], с. 80.
И в то же время утверждается, будто Зигфрид не посягал на честь Брюнхильды [652:1], с. 80–81.
