В воздухе витала какая-то расслабленность, будто люди вообще не ждали никаких неприятностей. Я видел множество хорошо одетых горожан, которые просто слонялись без дела, более отдыхая, нежели работая. Они выглядели вполне себе довольными и даже радостными.
По словам Ираиды, Избранница Волчково, госпожа Анна Вульф, слыла ярой пацифисткой и предпочитала, чтобы её считали нейтральной стороной. Её политика невмешательства и нейтралитета здорово напоминала мне Швейцарию на Земле. Я очень надеялся, что нейтралитет сработает и в мою пользу.
По прибытии в ратушу меня встретил один из её делегатов, некий Теодор Шмидт. Господин Шмидт оказался энергичным, даже суетливым малым и тут же пригласил меня в свой кабинет.
— Мы так рады, так рады, — тараторил он, лихорадочно сгребая со стола кипы бумаг, — видеть Вас здесь! Представителя Весёлого! Мы наслышаны о Вас много хорошего!
— Да неужели? — спросил я, оглядывая кабинет, честно говоря, больше походивший на кладовку. Маленькая комнатушка без окон, где нам двоим едва хватало места, чтобы не толкаться локтями. Если бы дверь открывалась внутрь, мы бы точно отсюда никогда не вышли. Теснота, как в московской хрущёвке.
Теодор улыбнулся мне самой широкой улыбкой.
— Да, сэр! — выпалил он. — Строите новый торговый путь? Это же открывает огромный потенциал для бизнеса! Наша Великая Госпожа предвидела Ваш приезд, и мы уже разработали план, торговое соглашение, если позволите, — он порылся в ящике стола и извлёк небольшую коробку, набитую бумагами. — Оно где-то здесь…
Я оценил энтузиазм Теодора, но, честно говоря, ожидал повидаться с самой Госпожой Анной Вульф, чтобы обсудить дела лично. Отказ встретиться со мной можно вообще расценивать как оскорбление, я, как-никак, тоже Избранник, СЕО своего маленького предприятия!
— Госпожа Анна не в городе? — спросил я прямо.
Теодор покачал головой.
— Конечно. А почему Вы спрашиваете?
— Ну… не хочу показаться грубым, но я не представитель, как Вы меня назвали, а Избранник Весёлого.
— Ах, да, простите, не хотел Вас обидеть, — Теодор слегка вскинул руки, словно пытался меня успокоить. — Я просто имел в виду представителя в юридическом смысле.
— Именно к тому я и клоню, — продолжил я, стараясь сохранять спокойствие. — Очень бы хотелось поговорить с Госпожой Анной Вульф и заключить сделку лично. С глазу на глаз, так сказать.
Теодор закусил нижнюю губу и вздохнул.
— Ну, сэр, как бы это сказать… У нас здесь, в Волчково, немного другой порядок. Госпожа Анна Вульф не даёт аудиенций другим Избранникам, чтобы её не заподозрили в симпатиях к кому-либо конкретному. К тому же она признаёт, что торговля — не сильная её сторона, и предпочитает, чтобы делегат, вроде меня, занимался этими вопросами. У меня есть все полномочия действовать от её имени.
«Странное поведение для лидера», — подумал я.
На лице Теодора отразилось явное беспокойство, лёгкая нервозность, будто он боялся, что я начну копать глубже. Что-то здесь явно не так, но нужно ли мне лезть в чужие дела? Время поджимало, мой внутренний таймер тикал. Если я получу выгодную сделку, какое мне дело до проблем Госпожи Анны Вульф? Главное — капитал для стены. Я решил отложить этот вопрос. Пока что отложить.
— Знаете, господин Теодор, я не как Вы выразились, «кто-то»…
— Ну что Вы, Вы очень важны, Ваше мнение, участие…
Ну прям, блин, телефонный автоответчик: «Ваш звонок очень важен для нас».
— Однако! — я поднял руку, перебивая хвалебную оду в мою честь. — Понимаю, если так нужно.
— Отлично! — обрадовался слегка чем-то напуганный Теодор. — Итак, наш дипломат определил несколько ключевых ресурсов, доступ к которым открывает Ваша дорога…
Переговоры заняли немного времени.
Теодор не соврал, когда сказал, что меня ждали. Мне предоставили полный список товаров на покупку и продажу, и даже не пришлось торговаться о ценах. Всё складывалось в мою пользу. Излишки железа, которые имелись у Аистово, я продавал им по 50 золотых за единицу, а пиво, производимое у нас, в Весёлом, приносило мне 15 за бочку. Они могли удовлетворить несколько потребностей Дурнево, и я скорректировал закупочную цену, чтобы учесть свою маржу за посредничество. В итоге я отбывал из Волчково богаче на 500 золотых. Чистый профит.
Когда мы обменялись рукопожатиями и подписали бумаги, у меня появилось стойкое ощущение, что Теодор хочет, чтобы я поскорее убрался.
Более того, под конец он упомянул, что моего коня, Улыбку, уже накормили, почистили и даже перековали подковы. Мой мустанг ждал меня прямо у входа.
Никаких разговоров про экскурсии по городу, никакого приглашения на обед или ужин, что совсем не похоже на обычное гостеприимство, с которым я сталкивался в других деревнях. Даже Серхан Демир, который не мог заставить свои башни признать меня другом, преломил со мной хлеб в знак гостеприимства. Эти же явно хотели, чтобы я свалил как можно быстрее.
