У Роксаны и Стаха сейчас всё было по-настоящему. И атлантка отдавалась мужчине, которого любила. Она принадлежала ему и душой и телом, ему — своему супругу. А для ведьм это неприемлемо, они не могут никому принадлежать. И в этом их главная сила и… слабость.
Линда плотно закрыла дверь и со скрежетом стиснула зубы.
Из дневника:
Не плачь, не бойся, не проси — одна из главных заповедей всех ведьм. И я без труда её придерживалась до тех пор, пока не связалась с атлантами.
Как любая чародейка я задыхалась в своём небольшом провинциальном городишке. Любой ведьме подавай огни мегаполиса, рестораны, тусовки… Ведь именно там текла настоящая жизнь. А у нас выступление какого-нибудь заезжего второсортного артиста уже вызывал аншлаг.
Поэтому я, недолго думая, сразу же после окончания школы собрала чемодан и рванула покорять мир. И я, между прочим, для провинциальной ведьмочки неплохо стартанула. Вот только меня подбили на взлёте. И было бы не так обидно, если бы я влюбилась в кого-нибудь стоящего. А так, даже стыдно вспоминать, в свой первый раз я отдалась никчёмному студенту!
Из-за нашей любвеобильности ведьм считают, чуть ли не проститутками. И думают, что мы начинаем половую жизнь намного раньше людей. Но это далеко не так. Каждой ведьме с ранних лет вдалбливается, что чем позже она раздвинет ноги, тем сильнее будет её колдовская сила в будущем. Так что мы, в отличие от обыкновенных девочек, по-настоящему ценим свою честь.
Как только я потеряла свою невинность (я ещё долго продержалась!), то тут же пустилась во все тяжкие. К тому же я, во что бы то ни стало, решила купить себе квартиру, так как мне надоело слоняться по чужим углам. И вот тут я попала на деньги, большие. И не к кому-нибудь, а к атланту, причём очень влиятельному.
Между прочим, то, как это произошло, я не считаю для себя чем-то позорным. На это могла попасться и опытная ведьма, а уж про молодую чародейку и говорить нечего! Это была классическая подстава. Я переспала с атлантом, который пообещал мне посодействовать с покупкой квартиры, а на утро он обвинил меня в краже. Якобы я украла у него старинный портсигар, изготовленный самим Карлом Фаберже!
Я допускаю мысль, что атлант меня не обманывал. И что у него действительно пропал портсигар, уж больно он выглядел убедительным. Возможно, меня подставляла его супруга, которая узнала об измене мужа. Ведь далеко не все атлантки мирились с наличием у мужей любовниц и гаремов. Но одно я знаю точно — як этой краже не имела ни малейшего отношения!
А потом пошло-поехало… Меня увидел Константин Шахонский и воспылал ко мне страстью, но я не ответила на его «ухаживания». По всей видимости, и в своём гареме он ввёл очень странные правила, но для меня это показалось неприемлемым. Потом этот урод узнал об истории с портсигаром и выкупил мой долг у того атланта (вещица от Фаберже стоила баснословных денег!). Так я стала уже должницей Шахонского. А вскоре Константин вынудил меня подписать с ним контракт на долгих восемь лет.
Через годика два я перестала жалеть об этом. Ведь благодаря этой работе я всё-таки смогла купить себе квартиру, машину… А ещё, ведь я так и не уступила Константину, не стала его любовницей! Правда, чего мне это стоило…
Прошла ровно неделя с тех пор, как Роксана чудом «избежала» смерти.
Атлантка с гордо поднятой головой проходила мимо, посматривая на Линду торжествующим взглядом. По всей видимости, она, как женщина, чувствовала свою победу и даже не скрывала этого. Иногда Линда ощущала на себе пристальный взгляд Зверя. Но она всегда делала вид, что не замечает этого. А Стах смотрел на неё так, словно он, подобно гурману, смаковал хорошее дорогое вино. Его тяжёлый оценивающий взгляд возбуждал её, заставлял всё внутри вибрировать…
Сегодня с самого утра весь дом стоял на ушах. И всё потому, что атлантам опять приспичило закатить вечеринку! Как будто Ладодения им было мало!
К обеду начали съезжаться многочисленные гости. Особняк на глазах превращался в огромный движущийся улей. В такой обстановке работа становилась просто невыносимой, но мнение охраны никого не волновало. Конте делал всё от него зависящее, но и его уже порядком раздражала легкомысленность и взбалмошность Роксаны. Поэтому он ходил хмурый и всеми силами пытался объять необъятное.
— Линда! Быстрее отправляйся к девочкам. Одна из них умудрилась ошпариться, а у меня людей не хватает! — Роксана выдала это тоном, не терпящим препирательств. И не успела Линда даже рта открыть, как та упорхнула с деловым видом.
Ничего себе! Её теперь в прислуги записали! Её? Ведьму?! Да и чёрт с ней, с этой охраной! Как говорится, перемена деятельности — уже отдых. Так почему бы не отдохнуть? А её пускай другие охраняют…
Линда, сообщив напарнику о своём вынужденном отстранении, пошагала в крыло прислуги. Когда она туда заявилась, то на неё все смотрели, словно у неё по всему телу выросло красное оперение. По всей видимости, ведьмы сюда не часто захаживали.
