Леший подошел к ней и медленно слизнул с её верхней губы усы из сметаны. И всё это время он не оторвал от неё гипнотического взгляда своих серо-зелёных глаз.
И вот он уже страстно целовал её шею, ввергая в омут невыносимой страсти. Его руки ласкали, беспорядочно блуждая по её податливому телу и оставляя после себя чуть ли не огненный след. Она выгибалась, отстраняясь от него, и тут же бросалась ему навстречу как сумасшедшая.
И когда её кровь достигла температуры кипения, леший с лёгкостью подхватил её и посадил на край стола. Одним рывком он поднял её стрейчевое платье чуть ли не до самой талии, после чего его палец с лёгкостью оборвал тонкую полоску стрингов…
Сквозь облегающую ткань Ярослав с лёгкостью покусывал её соски, которые стали чувствительными словно оголённый провод. Леший нежно входил в неё, и несчастный обеденный стол, который постоянно издавал слабые скрипы-полустоны, приходил в движение вместе с ними. А она вторила ему, кусая от возбуждения свои губы.
Когда всё закончилось великолепным оргазмом, ей показалось, что у неё из глаз посыпались искры. Она не смогла сдержать своего пламенного восторга, и со всей дури вцепилась ему ногтями в плечи.
— Потише, душа моя. Ты же не хочешь опять везти меня в лес? — услышала Линда около уха его горячий шепот.
— Извини, но мне стало… я вдруг… — замямлила она что-то совершенно нечленораздельное.
— Я знаю, моя хорошая, я знаю… А теперь поехали купаться. — Он подхватил её, подставив свои ладони под её ягодицы, и понёс в душ. А Линда лишь блаженно закрыла глаза, положив голову ему на плечо…
Уже во второй раз она просыпалась утром на мужской груди! Только в этот раз, когда она открыла глаза, Ярослав ещё спал. Её курчавая грудь медленно поднималась и опускалась, и она готова была смотреть на это до бесконечности. Это чертовски успокаивало, словно она лицезрела гипнотизирующий маятник.
— Ты так смотришь, словно спящего мужика никогда не видела. — Она и не заметила, как уже сама стала объектом для наблюдения.
— Представь себе, можно сказать, что и не видела, — грустно вздохнула Линда.
Не успели они встать с постели, как Ярослав подошёл к открытому окну, после чего быстрым шагом вышел из спальни. Вернулся он с конвертом в руке.
— На, по всей видимости, это тебе. Атлантами и колдунами за версту разит. Видимо, положили под дверь, когда мы ещё спали.
Как ни странно, послание было от Роксаны. И оно просто поражало своей лаконичностью: «Десять раз подумай, прежде чем отказывать Нам. За твою глупость будет расплачиваться твой дружок Конте, а потом очередь дойдёт и до тебя…» Подпись содержала в несколько раз больше слов, чем само письмо. И, скорее, походила на выписку из родословной книги князей Шахонских, чем на обыкновенную подпись.
Линда протянула письмо лешему и грустно уставилась в окно. Ярослав пробежал его глазами, с тревогой посматривая на Линду, после чего сухо отрезал:
— Я не понял, она возомнила себя императрицей, или же она имеет в виду себя и мужа? Да ещё с большой буквы! Атлантка, скорее всего, не знает, что ты находишься под моей защитой. А то бы не стала тебя запугивать…
Линда посмотрела на лешего и обречённо выдохнула:
— Конте не сумеет постоянно скрываться. Не сможет жить в затрапезных гостиницах, перебиваясь случайными заработками. Он из другого теста, он привык к роскоши. Поэтому я должна согласиться.
— Из-за своего любовника? — процедил сквозь зубы Ярослав.
— Из-за своего друга! — гневно ответила она и быстро вышла из гостиной.
Почему-то ноги сами по себе привели её в свою комнату. Линда тотчас достала из чемодана дневник и зашелестела его страницами…
За каждой листом скрывался кусочек её судьбы. Она пробегала глазами исписанные страницы и перед ней мелькали картины из её непутёвой жизни. И при этом ей часто попадалось слово «Конте». А как же могло быть иначе? Ведь он всегда, или почти всегда приходил ей на помощь и вытаскивал её задницу из самых скверных ситуаций!
Линда и не заметила, как в комнату тихо вошёл Ярослав. Он присел с ней рядом на кровать и нежно обнял.
— Я уважаю твоё решение, как бы сильно оно мне не нравилось. Была б моя воля, я запер бы тебя в подвале и держал до тех пор, пока не поумнела.
— Долго бы пришлось ждать, — усмехаясь, возразила она. — Ярослав, я очень ценю это, но чтобы ты лучше понял меня, возьми это. — Она протянула ему дневник.
— Ого! Доверяешь?
— Да. Честно говоря, мне он теперь без надобности. Раньше я только ему могла открыться, а сейчас у меня есть ты.
Не успели они позавтракать, как раздался мелодичный перезвон звонка.
— Что-то в последнее время у нас от посетителей нет отбоя. И это несмотря на то, что я живу в лесу! — недовольно пробурчал Ярослав и отправился на улицу открывать дверь.
Из любопытства, она как всегда прилипла к окну. Леший впустил во двор какую-то женщину, и что-то в ней показалось Линде очень знакомым. Присмотревшись лучше, она обомлела.
Этого не может быть! Померещится же такое!
Вернулся леший обратно один и со странным выражением лица. Посмотрел на неё каким-то блуждающим взглядом и нервно провёл рукой по волосам.
