- Ты понимаешь, что это сделало с моей семьей? Получить этот визит от полиции... сообщивший нам, что они наконец-то нашли ее в мусорном контейнере за рестораном быстрого питания? Они даже не были уверены, что это была она, пока не сделали анализы зубов и ДНК. Потому что, конечно, от нее не осталось ничего, кроме костей. И ее глаза. Ты оставил эти прекрасные голубые глаза на ее голом черепе. Разве они были недостаточно хороши для тебя, Боб? Разве они не служили кулинарной цели? Не мог бы ты приготовить из них вкусное варенье или изысканное песто?
Боб промолчал. Его больше волновала ужасная агония, терзавшая его тело, чем то, что она должна была сказать о своей хнычущей, умоляющей сестре.
- Ты понимаешь последствия своей порочности? - продолжала она. - Что это сделало с моими матерью и отцом? Что это со мной сделало? Она была практически моей второй половинкой, Боб. Телом, разумом и душой. Когда ты похитил и жестоко обращался с ней... питался ею... ты сделал то же самое со мной. Беспокоиться о ее местонахождении в течение трех месяцев было достаточно тяжело. Обнаружение ее останков так, как ты нагло отбросил их в сторону... вот что
- Так вот как ты меня нашла? Из-за проклятой Равинцары?
Дженнифер усмехнулась. Это было все равно, что смотреть на лицо ее сестры... после снятия кожи.
- Что... что ты собираешься со мной сделать? - спросил он ее.
- Сделать с тобой? - спросила она. - Дорогой, милый Боб, я все уже
Сердце Боба болезненно забилось в груди. Паника грозила овладеть им.
- Разве тебе не понравились те восхитительные блюда, которые мы ели вместе? - ее губы улыбались, но глаза горели огнем. - Я уже сделала это.
Он наблюдал, как она встала со своего места на кровати и отошла в угол комнаты. Она отцепила длинный засов, затем прошла в противоположный угол и отцепила другой. Стена с дверью отвалилась, открыв внутренность продуваемого сквозняками старого сарая за ней. Лунный свет пробивался между неровными досками. Он увидел генератор, стоящий неподалеку; источник верхнего света и мониторов.
Она говорила, пока работала, откручивая болты и позволяя другим стенам и потолку на шарнирах отпасть.
- Я потратила все сбережения своей жизни, чтобы подготовиться к этому и сделала так, чтобы это было построено и настроено правильно... для тебя, Боб. Когда я доверилась частному подрядчику, которого наняла, и рассказала ему, для чего я его строю, знаешь, что он сказал? Я сделаю это бесплатно.
Вскоре открылся похожий на пещеру интерьер заброшенного сарая. Все, что осталось, - это она, он и больничная койка.
- В мире есть порядочные люди. Действительно хорошие и порядочные люди. Но ты ведь ничего об этом не знаешь, правда, Боб?
Желудок Боба громко запротестовал; ворчание, рычание, бульканье.
- Прошло много времени с тех пор, как ты ел, - сказала она ему. - На самом деле, три дня. Я знаю, что ты голоден.
Он наблюдал, как она подошла к его кровати и осторожно отодвинула стену, на которой висело стерильное белье из каркаса, который удерживал его на месте. Когда она отодвинула ткань, свет висячего фонаря показал, что лежит за ней.
Она солгала ему. Его таз и нижние конечности не были сломаны и раздроблены. Он знал это, потому что его состояние было очевидным и ужасающем. За верхней частью его бедер была только совершенно белая кость. Обе его ноги были полностью лишены кожи и мышц, сухожилий и вен. Бедренная кость, большеберцовая кость, малоберцовая кость... плюсневые кости и фаланги... все очищено и выскоблено начисто.
Тревожное выражение появилось в детских голубых глазах Дженнифер.
- Мне так нравились наши совместные ужины. Ты был восхитителен.
На какое-то дикое мгновение в нем поднялась тошнота, затем медленно прошла. После первоначального отвращения остался только голод. Необузданное и ненасытное влечение, которое он так и не смог подавить.
Дженнифер достала из кармана куртки серебряную вилку и наколола на нее единственный кусочек ткани, который остался у него под брюхом. Зубцы вонзились ему в паховую область, оставив прибор стоять вертикально.