«Предположим, что душа есть, так сказать, белая бумага безо всяких знаков и идей. Но каким же образом она получает их?.. Откуда получает она весь материал рассуждения и знания? На это я отвечаю одним словом: из опыта. На опыте основывается все наше знание, от него в конце концов оно происходит»Антология... Т. 2. С. 418).
«...Этот богатый источник большинства наших идей, зависящих всецело от наших органов чувств и через них входящих в разум, я и называю «ощущениями» (Антология... Т. 2. С. 418).
«Если я говорю иногда об идеях, как бы находящихся в самих вещах, я понимаю под ними те качества в предметах, которые вызывают в нас идеи» (См. там же. С. 420).
«Среди рассматриваемых... качеств в телах есть такие, которые совершенно неотделимы от тела. ...Эти качества я называю первоначальными или первичными... Такие качества, как цвета, звуки, вкусы и т.д., которые на деле не находятся в самих вещах, ...я называю вторичными качествами» (См. там же).
«Ум не может создать себе ни одной из таких идей и не может иметь ни одной идеи, которая бы не состояла всецело из них. Но ум, будучи совершенно пассивным при восприятии всех своих простых идей, совершает некоторые собственные действия, при помощи которых из простых идей, как материала и основания для остального, строятся другие» (См. там же. С. 421).
«Все наше познание... состоит в созерцании умом своих собственных идей, в созерцании, представляющем собой самую большую ясность и величайшую достоверность» (См. там же. С. 429).
Приведем еще одну очень существенную выдержку из работы Локка, на которую необходимо обратить серьезное внимание, поскольку она послужила мостом в эволюции сенсуализма в крайнюю форму идеализма – солипсизм, сводящий все вещи объективного мира к «комплексам ощущений». У Локка читаем: «Но некоторые считают, что можно сомневаться, существует ли что-нибудь, кроме данной идеи в нашем уме, и можем ли мы отсюда заключить с достоверностью о существовании какого-нибудь предмета вне нас, соответствующего данной идее, ибо в уме можно иметь данные идеи и тогда, когда таких предметов нет и никакой объект не воздействует на наши чувства» (См. там же. С. 431). Когда Локк писал эти слова, он и не подозревал, что в это время их прилежно штудирует студент Дублинского университета Джордж Беркли, который стремился свести все объективное бытие к «комплексам наших ощущений». О Беркли будет обстоятельно сказано несколько позже.
Приведенные извлечения из «Опыта...» Локка позволяют нам свести обобщения к минимуму. Бытие внешнего мира под сомнение им не ставится вовсе. Он обходит молчанием «истины» религии и религиозной идеи Бога, в пуританской Англии того периода эта проблема для мыслящего человека была довольно скользкой. Не случайно за его высказываниями буквально «охотился» лорд епископ Вустерский, пытаясь отыскать в работах Локка покушения на Высокую Англиканскую Церковь. Но Локк умело все обвинения отклонял, поскольку истины религии откровения для разума «непостижимы», а потому он не мог писать что-либо ни в их защиту, ни в их опровержение. Делал он это не в публичной форме, т.е. не через печать, а в виде частных писем к «Его Высокопреподобию Эдуарду, Лорду епископу Вустерскому» в такой форме, что видному богослову и руководителю делами церкви в Англии приходилось не спешить с обвинениями Локка в религиозной неблагонадежности.
